– Ребёнк-а-а... – прохрипела она, отчаянно шаря свободной рукой на своём бедре.

И тут к ней подоспела помощь. Трое тёмных, вопя, как полоумные, неслись на меня.

– Дяденька, сюда! – прокричала мне исцарапанная девчонка где-то из-за спины.

Одним резким движением я оторвался от эльфийки и от земли. Рывком оказался на ногах, краем глаза уловив блеск кинжала в левой руке поваленной.

«Плевать! Вне зоны!»

Я развернулся и побежал, выхватив взглядом девочку в многообещающе распахнутых дверях ближайшего подъезда.

Острая боль вонзилась под мою левую лопатку, и липкое тепло потекло по футболке.

«Чёрт! Я недооценил ушастую!»

Превозмогая себя, я ввалился в подъезд, обернулся. Эльфийка уже на ногах, поднимает с земли свой меч. А вот кинжала в её руках нет.

«Оно и понятно! Ясно, как божий день, что торчит там из моей спины»...

Стальная дверь между нами захлопнулась. Всё, с ребёнком за металлической преградой подъезда.

«Выкусите её своими средневековыми железяками!»

Я замер и попытался перевести дыхание.

– Дяденька! Нож! – трепещущий голос позади.

«Ага! Конечно! А то, что ты только что потеряла мать»... – я не успел додумать.

Металлическая дверь зашипела, покраснела и потекла, плавясь прямо на глазах.

– Не может быть! – прошипел я. – Бежим!

Девочку долго упрашивать не пришлось. Её обувь уже отстукивала чечётку по лестнице.

Я тоже мухой рванул к лифту!