Бзри что-то пробормотал по-арабски, слишком поздно вспомнив,— что Харди — лингвист.

— О, безусловно нет,— сказал Бари,— Я знаю своих предков гораздо лучше вас.

— Я вижу, адмирал,— что был недостаточно убедителен. Прошу прошения, хотя у меня нс было иных мотивов, чем благополучие Империи. Если бы меня только выгода интересовала... Я не принижаю торгового потенциала моти и ценности того, что можно получить от них, но я считаю их величайшей опасностью для человечества, с которой мы столкнулись,

— Да,— решительно сказал Кутузов.— С этим мы, пожалуй, можем согласиться, если добавьте одно слово: потенциальной опасностью, Ваше Превосходительство. Мы здесь обсуждали, как сделать риск наименьшим и, если опасности для "Ленина" нет, я убежден, что меньший риск это перевезти послов, соблюдая условия, предложенные священником Харди. Доктор Хорват, вы согласны?

— Если это единственный способ взять их с собой, то да. Я считаю, что постыдно обращаться с ними таким образом...

— Ба! Капитан Блейн, вы согласны?

Блейн погладил переносицу.

— Да, сэр. Взять их с собой будет меньшим риском. Если моти и представляют угрозу, доказать это мы не можем, но, может быть, узнаем что-либо от послов.

— Леди?

— Я согласна с доктором Хорватом...

— Благодарю.— выглядел так, словно проглотил лимон. Лицо его сморщилось как в агонии.— Капитан Михайлов, вы должны подготовиться к содержанию моти в изоляции. Предлог — опасность чумы. Кроме того, мы должны следить, чтобы они не могли удрать. Капитан Блейн, вы сообщите моти, что мы возьмем послов на борт, но вполне возможно, что они не захотят отправить их, узнать условия, на которых мы настаиваем. Никаких инструментов. Никакого оружия. Багаж будет осмотрен, опечатан и недоступен для них в течение всего полета. Никаких малышей или других низших каст, только послы. Сообщите им об этом в какой угодно форме, но условия эти изменению не подлежат.-— Кутузов резко встал.

—- Адмирал, а что с подаренным кораблем?— спросил Хорват.— Нельзя ли нам взять...— тут голос его затерялся в поднявшемся гомоне Гордо шествуя, адмирал покинул кают-компанию.

ПРЫЖОК БЕЗУМНОГО ЭДДИ

Кутузов называл это место точкой (Элдерсона, но беженцы с ’’Макартура" предпочитали название "Точка Безумного Эдди", и кое-кто из ко манды "Ленина" перенял у них эту привычку. Она находилась над плоскостью системы Мошки, и обычно найти ее было нелегко. Однако на этот раз не должно было возникнуть никаких проблем.

— Представьте себе траекторию корабля моти, пересекающего прямую линию между Мошкой и Глазом Мурчисона,— сказал Реннер капитану Михайлову.— И это будет достаточно близко к цели, сэр.