Вы говорите это не для нас, а для записи, подумал Келли. Капитан Блейн тоже понимает это. Но что же беспокоит босса? Он выглядит как будто перед боем.

— ... нет никаких доказательств военной активности среди моти,— закончил Хорват.

— Это не совсем так,— вставил Реннер.— Док, моти нравятся мне также, как и вам, но откуда-то ведь взялись Посредники.

— Да, конечно,— спокойно сказал Хорват.— В своей древней истории они, должно быть, сражались, как львы. Это вполне подходящая аналогия. Территориальный инстинкт сохранился до сих пор, например, в их архитектуре или социальной организации. Но сражения были очень давно.

— Насколько давно?— спросил доктор Фаулер.

Хорват смутился.

— Возможно, миллион лет.

Воцарилось молчание. Сэлли печально покачала головой. Тесниться в одной крошечной системе миллион лет... миллион ЦИВИЛИЗОВАННЫХ лет! Каким терпением они должны обладать!

— И ни одной войны с тех пор?— спросил Фаулер.— В самом деле?

—Да, черт побери, у них были войны,— ответил Хорват.— По крайней мере, две того же типа, через которые прошла Земля перед образованием Совладения. Но это было очень давно!— Ему пришлось повысить голос, чтобы прекратить затрудненное дыхание Сэлли. Вокруг стола зашептались.

— И одной из них было достаточно, чтобы сделать Землю почти необитаемой,— медленно сказал сенатор Фаулер.— Как давно это было? Тоже миллион лет назад?

— По крайней мере сотни или тысячи лет,— сказал Хорват.

— Вероятно, тысячи,— вставил священник Харди.— Или меньше. Сэлли, вы пересмотрели свои оценки возраста примитивной цивилизации, которую раскопали?

Сэлли не ответила. Над столом повисло молчание.

— Для записи, Отец Харди,— спросил сенатор Фаулер.— Вы здесь, как член Комиссии?

— Нет, сэр. Кардинал Рендольф просил меня представлять в Комиссии Церковь.

— Благодарю.

Снова тишина.

— Им некуда было идти,— сказал Энтони Хорват, нервно пожав плечами. Кто-то хихикнул, потом, когда Хорват продолжил, стало тихо.— Вполне очевидно, что их первые войны были очень давно, порядка миллиона лет. Это показывает их развитие. Доктор Горовиц изучил биологические находки экспедиции и... впрочем, расскажите сами, Зигмунд.

Горовиц торжествующе улыбнулся.