Род взглянул на Сэлли, затем на сидящих за столом, и, наконец, на покрытые панелями стены.

Какая заурядная комната, подумал он. Да и в людях, находящихся здесь, нет ничего необычного. И прямо здесь, в этом глупом маленьком конференц-зале почти необитаемой планеты мы решаем судьбу расы, которая на миллион лет старше нас!

Моти не собираются сдаваться, а если они таковы, какими мы их себе представляем, победить их не удастся. Но ведь там всего одна планета и несколько астероидов... Если они исчезнут...

— Келли, можно вести моти,— сказал сенатор Фаулер.

Последние лучи заходящего солнца осветили комнату, а основание Дворца погрузилось в пурпурную тень.

ДЖИНЫ

Сопровождаемые эскортом, они шли по коридорам Дворца. По дороге Джек сказала Послу:

— Что-то изменилось. Этот морской пехотинец, посланный за нами, смотрит на нас как-то иначе. Так мог бы смотреть Воин на другого Воина.

Они вошли в конференц-зал. Море человеческих лиц.

— Да,— сказала Джек.— Многое по-другому. Нам нужно быть настороже.

— Что они могли узнать?— спросил Иван.

Джек выразила отсутствие информации.

— Некоторые боятся нас. Другие жалеют. И все пытаются скрыть перемену своего эмоционального состояния.

Морской пехотинец провел их к плохо сделанным ложам у одного конца большого стола для переговоров.

— Люди любят такие столы,— прошептала Чарли.— Иногда их форма Имеет большое значение по причинам, которые я не способна понять.

Последовали бессмысленные приветствия, которые люди называли "формальностями": неискренние вопросы о состоянии здоровья, туманные благословения и надежды на благополучие — все это было компенсацией за отсутствие у людей Посредников. Чарли занялась этим вопросом, тогда как Джек продолжала говорить, обращаясь к Мастеру.

— Люди на противоположном конце стола — малозначащие клерки. С нашей двуручной стороны, в центре — глава. Посредник Императора принял какое-то решение. Лорд Блейн неохотно поддерживает его. Сэлли не согласна, очень сильно, но спорить не может. Она хочет найти причины для возражения. Возможно, потребуется найти их для нее. Напротив Посредника Императора сидят ученые, и они разделяют чувства Сэлли. Они не ощущают себя такими вовлеченными в это решение, как она. Остальные неважны, за исключением священника. Я еще не определила его важность, но она возросла с тех пор, как мы видели его в последний раз. Он может быть опасен для нас больше, чем все остальные...

— Может ли он понимать наш язык?— спросил Иван.

— Нет, если мы говорим быстро и с формальной грамматикой. Он улавливает элементарное эмоциональное содержание и понимает, что мы обмениваемся большим количеством информации за малое время.