Анжела занялась ими. Как только он подбежал достаточно близко, она бросила в него нож, который вытащила у того животного, прежде чем ранить его. Я не видел, куда он попал, потому что третий в этот момент побежал в моем направлении, и я согнул ноги в надежде, что он окажется рядом. Так и произошло. Я выбросил ноги вперед и попал ему по коленям, моментально сбив его с ног. Как только он грохнулся, я перекатился вперед и, прежде чем он смог встать, ударил обеими ботинками в висок. Потом повторил процедуру. На этом все кончилось. Анжела вытащила нож из своей неподвижной жертвы, вытерла о его одежду, затем подошла освободить меня.

– Ты убьешь тех, которые еще дергаются? – спросила она с притворной сдержанностью.

– Надо бы, но хладнокровное убийство не для меня. Думаю, что с них достаточно. Полагаю, что если мы возьмем их запасы и сломаем машины, этого хватит. Ты была великолепна.

– Конечно. Вот почему ты и женился на мне. – Она быстро поцеловала меня, потому что немного позднее ей пришлось повернуться и всадить каблук в лоб лохматого, который начал шевелиться. Он снова заснул. Мы собрались и поехали.

Мы были недалеко от цели несколькими часами позже. Внезапно поворот привел нас прямо к краю аллеи, резко уходящей вниз, – я бросил машину в вираж и, развернувшись, скрылся за поворотом.

– Ты видела? – спросил я.

– Конечно же, – ответила Анжела, пока мы ползли вперед на животах, на этот раз более осторожно, и заглянули за поворот.

Ветер здесь был сильнее, окропляя широкую аллею из невидимого водоема где–то внизу. Воздух здесь был прохладнее, и, хотя наверху нависали облака, в аллее не было тумана, закрывавшего перспективу. Напротив нас высилась гора, переходящая в монолитный утес, на котором возвышался колоссальный черный камень. Эрозия превратила его в фантастическое сплетение башен и башенок, люди развили это дальше, создав замок, покрывающий вершину горы.

Там были окна и двери, флаги и вымпелы, лестницы и подпорки. Флаги были ярко–красные, исчерченные едва заметными черными изображениями. Некоторые из башен были выкрашены, и это, со всей странной архитектурой, означало только одно…

– Это нелогично, я знаю, – сказала Анжела, – но от этого местечка меня бросает в дрожь. Оно выглядит… трудно объяснить, возможно, «бессмысленно» – лучшее слово для этого.

– Абсолютно верно. Это означает, что если мы в нужном пространстве и времени, то место, которое выглядит вот так, должно быть местом ЕГО пребывания.

– Как мы доберемся до него?

– Очень хороший вопрос, – сказал я вместо нормального ответа. Как забраться в этот чертов замок? Я почесал затылок, потер лоб, но эти незаменимые рецепты на этот раз не сработали. Уголком глаза я заметил какое–то слабое движение, посмотрел в ту сторону, потянулся за пистолетом…