Рассветало, но день еще не наступил. Облака скрывали зимнее солнце, пошел снег, намерзавший на поверхность флиттера. Видимость сократилась, и Тау указал на альтиметр.

— Мы снижаемся.

— Но курс прежний, — ответил Мешлер. — Продолжайте полет.

Сильный ветер налетал порывами и сбивал их с курса. Тау приходилось снова и снова возвращать машину на прежнее направление, как будто погода превратилась в направленное на них оружие. Но такая погода может помешать и чудовищам уйти далеко от их загона. Тау следил за радаром и альтиметром, быстро поворачивая голову.

— Возможно, придется садиться. — предупредил он, — а иначе можно потерпеть крушение.

Дэйну никогда не приходилось встречать в воздухе такую бурю и, когда ее ярость усилилась, он поверил, что очередной удар ветра может бросить их на землю. Смогут ли они сесть? Невозможно определить, над какой местностью они пролетают. Тау боролся с порывами ветра и следил за радаром, который стал их единственным проводником. По крайней мере, они не в гористой местности и далеко уклонились от курса, указанного Мешлером. Вместо того, чтобы лететь на северо–запад, они были сильно снесены на юг. На максимальной скорости и на той высоте, которую смог набрать Тау, они летели единственным курсом, который допускала буря — на юг. Но вот мокрый снег прекратился, оставив ледяные следы на стекле кабины. Они летели вслепую, руководствуясь лишь показаниями приборов.

— Надо садиться, пока можно, — сказал Тау. — Если снова начнется буря, мы не сможем сесть. Флиттер слишком обледенел, чтобы продолжать полет.

— Хорошо, попробуйте, — неохотно согласился Мешлер.

Плечи Дэйна болели от напряжения. Ему хотелось самому сесть за управление. Тау тоже может управлять флиттером, это умеет каждый из экипажа “Королевы”, но ждать вот так, доверив свою судьбу другим рукам — Пришлось напрягаться, чтобы ждать спокойно. Тау следил за радаром в поисках ровной площадки, но парить на сильном ветру было невозможно. Угрюмое выражение лица Тау свидетельствовало, что он ожидает самого худшего. Они продолжали парить, и флиттер чуть не перевернулся от порыва ветра. К счастью, второго порыва не последовало. Мешлер склонился вперед, чуть не прижимаясь носом к экрану радара, как будто это могло изменить показания прибора.

— Давай! — выкрикнул он приказ.

Они садились. Огромным усилием воли Дэйн заставил себя не смотреть на приборы. Он пристегнулся и увидел, что Мешлер вторично за короткое время их знакомства нажал кнопку, выпускающую спасательную пену. Но пена не успела подняться на достаточную высоту, точнее, их чуть не выбросило из сидений. От удара большая часть ледяного панциря, закрывавшего стекло кабины, отвалилась.