— Что… что я им должен сказать, командор?

— Конечно, правду! Мы потерпели кораблекрушение во времени.

— Я попытаюсь, — скептически сказал Майхью.

На командном пункте наступила тишина, в то время как Граймс и его офицеры смотрели на Майхью и Кларисс. Телепаты сидели с закрытыми глазами, неподвижные и молчаливые, держась за руки. У обоих были отсутствующие лица. Губы Кларисс двигались.

— Это ни к чему не привело, — наконец сказал Майхью. — Они не хотят иметь с нами ничего общего. Они мне говорят… как бы это перевести? Они мне говорят, что мы достаточно большие и достаточно уродливые, чтобы выпутываться самим.

— Попробуйте их уговорить, — настаивал Граймс. — Скажите им, что в их интересах позволить нам приземлиться. Должны существовать знания, которыми они не располагают и которые мы сможем им передать?.. Так же как, мы надеемся, они тоже нас чему-нибудь обучат.

Наступило новое молчание, довольно продолжительное. Наконец Майхью проговорил:

— Они твердят: «Уходите прочь и оставьте нас в покое».

Граймс знал, что в молодости его часто называли упрямцем, а в последнее время — упрямым старым бродягой. Он был действительно упрям. Он был готов висеть в марсианском небе неожиданным искусственным спутником до тех пор, пока марсиане не согласятся с ним заговорить. Должен же среди них быть хоть кто-нибудь, достаточно любопытный, чтобы ему захотелось выяснить, откуда явились незваные гости и кто они?

— Они говорят: «Уходите вон», — продолжал Майхью.

— Ммм, — проворчал Граймс.

— Они говорят: «Уходите отсюда, или мы силой заставим вас сделать это».

— Это блеф, — решил Граймс, — скажите им, что я хочу поговорить с начальством, с каким-нибудь ответственным лицом.

— Уходите прочь, — прошептала Кларисс. — Убирайтесь, убирайтесь. Послание все время одно и то же: «Убирайтесь вон!»

— Скажите им…

— Смотрите! — крикнул Вильямс. К ним приближался корабль.

— Его не обнаруживает радар. Его не обнаруживает радар, — простонал Карнаби.

Корабль казался огромным, но это могла быть всего лишь иллюзия, поскольку определить расстояние не представлялось возможным. Это была странная конструкция с грандиозными крыльями. Никакого вооружения не было видно.

— Как птица, — прошептал кто-то.

«Итак, они наконец решились заметить нас», — с удовлетворением подумал Граймс. Потом он вспомнил о решительном Хендрике и оглянулся, но было уже поздно, и приказ «Не стреляйте» так и не прозвучал.