Рипли баюкала девочку, что-то приговаривая спокойным уверенным голосом. Нашептывая таким образом, она вдруг заметила лежавшую среди вещей фотографию девочки, вставленную в рамку. Да, это была она, но фото разительно отличалось от оригинала На Рипли смотрела улыбающаяся, хорошо одетая девочка с чистыми аккуратно расчесанными волосами, в которые была вплетен яркая лента. Одежда была чистой, а кожа розовой. В нижнем углу фотографии было написано золотыми буквами:
— Рипли, Рипли, — донесло эхо голос Хикса. — Все в порядке?
— Да, — ответила Рипли, встав, и добавила погромче, боясь, что ее не услышат: — Я в порядке. Мы обе в порядке. Сейчас вылезем.
Девочка не сопротивлялась, когда Рипли поползла по вентиляционному проходу ногами вперед, таща ее за лодыжки.
VII
VII
Девочка сидела на стуле, обхватив руками колени, прижатые к груди. Она не смотрела ни налево, ни направо, ни на кого из взрослых, с любопытством рассматривавших ее. Она сосредоточенно глядела в одну точку. К левой руке девочки был подключен биомонитор. Дитрих долго трудилась над тем, чтобы укрепить манжет на истощенной ручонке.
Горман сидел рядом с медицинским техником, пока та снимала показания.
— Еще раз скажите, как ее зовут?
Дитрих что-то отметила в своем электронном блокноте, на котором был изображен кадуцей.[17]
— Что?
— Ее имя. Ведь мы его знаем?
Медтехник рассеянно кивнула, поглощенная какими-то показаниями.
— По-моему, Ребекка.
— Хорошо.
Положив руки на колени, лейтенант наклонился вперед, изображая на лице одну из лучших своих улыбок.