— Очевидно, речь идет о корабле, направляющемся в Мотини. Этот полет планировался несколько месяцев назад. Данная ситуация имеет чрезвычайный характер. Есть ряд обязательных правил, с которыми считается даже Компания. Я уверен, что они свяжутся с ним, в конце концов просто выведут пилота из глубокого сна и направят в нашу сторону. И это позволит все уладить.

Конечно, он не знал, так ли это будет, но это была логичная линия поведения Компании, поэтому Андруз так уверенно высказывал свое предположение. Если направлявшийся в Мотини корабль не отклонится от своего курса, то он будет действовать по своему усмотрению. Надо преодолевать критические ситуации по мере их возникновения.

Андруз поглядел на Клеменза.

— Вы уже можете сделать свое заключение?

Медицинский техник медленно и многозначительно почесал подбородок.

— Своего рода — да. На данный момент это все, чего я смог добиться с тем, что мы здесь имеем.

— Только не надо жаловаться. Каково ее состояние?

Клеменз прекрасно знал, что все глаза устремились на него, не он не обращал на них внимания, продолжая обращаться к старшему офицеру.

— Серьезных повреждений нет. В основном кровоподтеки н синяки. Хотя одно ребро может оказаться сломанным. Если это так, то это только трещина. Гораздо большую потенциальную опасность представляет то, что она слишком резко вышла из глубокого сна.

Он помолчал, собираясь с мыслями.

— Я всего-навсего техник, но даже я могу утверждать, что она нуждается в специальном уходе. Если человек резко прерывает анабиозный сон без соответствующих биофизических приготовлений, могут возникнуть определенные трудности. Непредсказуемые побочные эффекты, скрытые осложнения в органах дыхания и кровообращения, разрушение клеточных структур, которые могуч проявиться спустя несколько дней или недель — все это я не смогу диагностировать, а тем более обеспечить соответствующее лечение. Я очень надеюсь, что на спасательном судне есть полное медицинское оборудование.

— Она будет жить? — спросил его Андруз.

Медик пожал плечами. Он знал, что старший офицер любит слушать только то, что ему хочется услышать.

— Поскольку до сих пор ухудшений в ее состоянии нет, то, думаю, что да. Только не надо цитировать эти мои слова. Особенно дипломированному врачу.

— А чего вы боитесь? — хихикнул кто-то за спиной. — Что вас обвинят в преступной небрежности при лечении?

Кое-где раздался неприветливый смех.

Андруз быстро вступил, чтобы не Клеменз, ни кто другой не успел что-нибудь сказать.

— Послушайте, мы не наивные дети. В наших интересах, чтобы женщина не выходила из лазарета до прибытия спасательной группы. И уж ни в коем случае без сопровождения. С глаз долой, из сердца вон, не так ли?