— Здесь достаточно провести год, чтобы спятить, — сказала Рипли.

Клеменз рассмеялся.

— Именно так говорили нам, прежде чем послать сюда. Но большинство пока в порядке. Просто в изоляции главное научиться думать о себе как о созерцающем грешнике, а не как о заточенном в тюрьму преступнике.

— А женщины здесь бывали?

— Прошу прощения, лейтенант Рипли. Это заведение для удвоенной игрек-хромосомы, то есть сугубо мужского типа.

Она кивнула и, обернувшись, нагнулась, чтобы забраться в искореженный воздушный шлюз. Пропустив Рипли вперед, Клеменз последовал ее примеру.

Внешнюю поверхность аппарата можно было считать нетронутой по сравнению с тем, что она увидела внутри. Стены сморщены и погнуты, экраны и клавиатура расплющены, оборудование в беспорядке раскидано по полу. Концентрированный запах соленой воды перебивал все остальные. Рипли остановилась, потрясенная тем, как вообще что-то могло остаться здесь в целости, не говоря уже о ее хрупком теле.

— А где тела?

Увидев все воочию, Клеменз был удивлен, как Рипли умудрилась так легко отделаться.

— У нас есть морг. Рудник — это такое место, где нечто подобное необходимо. Мы поместили ваших друзей туда до прибытия исследовательской группы. Возможно, это произойдет в течение недели.

— Так был еще андроид…

Клеменз скорчил рожу.

— Разорванный на части. Его куски валялись повсюду, поэтому их просто выбросили в отходы. Капрала пронзила насквозь поддерживающая балка. Даже если он был в сознании, то едва успел понять, что это было. Хотя, вероятнее всего, он так и не проснулся.

— А девочка?

Клеменз видел, что она ждала еще чего-то. Но вот чего, никак не мог понять.

— Она утонула вместе с цилиндром. Я не думаю, что она была в сознании, когда это произошло. По крайней мере, она умерла более спокойной смертью, чем капрал. Прошу прощения.

Рипли выслушала все спокойно. Но вдруг ее плечи затряслись и набежали слезы. Она не кричала и не проклинала этот несправедливый и жестокий мир. Маленькая Ящерка. Ящерка, которой так и не повезло. По крайней мере, она была свободна. Вытерев глаза, Рипли обернулась и принялась рассматривать криогенный цилиндр девочки. Иллюминатор для лица был сломан, что вполне объяснимо.

Внезапно Рипли резко нахмурилась. Металл под иллюминатором был как-то странно окрашен. Она подалась вперед и пробежала пальцами по пятну.

Клеменз с любопытством спросил:

— Что это?