Они редко выходили за пределы огромного комплекса, предпочитая привычную обстановку полному опасностей пространству. Да и любоваться особенно было нечем, кроме темных волн, разбивающихся о черный песок берега. Ничто не напоминало им мир, который они знали раньше. Это было к счастью. Такие воспоминания были тяжелее любых каторжных работ.

Вода была холодной и кишела крошечными отвратительными созданиями, которые кусались. Иногда несколько человек рыбачили, но только с целью физической, а не духовной поддержки организма. Внутри комплекса было тепло и сухо. На ветер, завывавший, как отдаленная хаотичная музыка, можно было не обращать внимания. Но порой необходимо было выйти. Такие прогулки были неизменно краткими и поспешными, в стремлении как можно скорее переместиться от одного убежища к другому.

В противоположность этому фигура, пробиравшаяся среди горы мусора, передвигалась медленно и осторожно. Рипли двигалась по поверхности огромной выработки, которая теперь была заполнена непригодным оборудованием. Она пробиралась между неподвижными механизмами, дырявыми баками, изношенными деталями буровых установок, связками разноцветных проводов и ржавыми трубами.

Во всей этой куче она умудрилась разглядеть дорогостоящие серебряные нити, торчавшие из небольшого холма недавно выброшенного мусора. Опустившись на колени, она начала разгребать мусор.

Бишоп.

Или, точнее, то, что от него осталось. Составные части андроида были перемешаны с прочим хламом, и Рипли пришлось выкапывать и сортировать целый час, пока она точно не убедилась, что собрала все, что могло пригодиться.

Она попыталась разложить детали должным образом. Но результат не то чтобы был не ободряющим, он был плачевным. Большая часть лица и нижняя челюсть потеряны или во время аварии АСК, или где-то еще. Куски шеи, левое плечо и спина каким-то образом уцелели в соединенном виде. В довершение ко всему компоненты, связанные с сенсорными устройствами, расплющились или оббились.

Чувствуя себя одинокой, Рипли с угрюмым выражением лица начала аккуратно упаковывать все в мешок, который принесла с собой.

Вдруг чья-то рука обвила ее вокруг шеи, и чьи-то руки схватили ее за плечи. Потом появилась еще одна рука, лихорадочно вцепившись ей между ног. Перед ней появился мужчина. Он улыбался, но это была угрожающая улыбка.

Вскрикнув, Рипли вырвалась из обхвативших ее рук. Испуганный заключенный просто широко разинул рот, когда она сначала ударила его кулаком в лицо, а потом ногой в пах. Пока тот корчился, откуда-то появился заключенный Джуниор, схватил ее волосатыми руками и, оторвав от земли, швырнул на проржавевшую трубу под одобрительный смех других. Остальные подошли поближе. Запах их тел перебивал запах соли. Их глаза возбужденно блестели.