Посол неторопливо взял пульт, лежащий перед ним на полированной столешнице, и нажал кнопку. Экран телевизора моргнул и погас. Тун наклонился, к тумбочке слева, где стоял большой телефон-станция. Щелкнул клавишей переговорного устройства и ответил. — Конечно, Агнес. Пусть заходит. А ты нам кофе с печеньем минут через пять принеси. И не забудь молочник со сливками пожирнее. Мистер Росс их любит.

— Сделаю, шеф, — весело пообещала секретарша и отключилась.

Через пару секунд дверь осторожно приоткрылась.

— Можно? — в кабинет заглянул Дерек Росс.

— Конечно, — посол сверкнул дежурной улыбкой, продемонстрировав белоснежные ровные зубы. — Проходи, дружище.

Дерек растянул губы в ответ. Сердечности в улыбке главного аналитика Центра Специальных операций было не больше, чем в акульем оскале. Росс аккуратно прикрыл за собой дверь, сделал пару шагов вперед и обменялся с послом рукопожатием. Тун покровительственно взмахнул ладонью, приглашая Дерека сесть.

— Неприятности? — уточнил Росс, поудобнее устроившись на стуле.

— От тебя ничего не скроешь, — вздохнул посол. — Белый дом лихорадит. Старина Джимми в Овальном кабинете, вертится на кресле, как грешник на раскаленной сковороде. Республиканцы уже припекают ему пятки. А всё из-за того, что неожиданно, как кусок дерьма в пруду всплыл Майкл Рупперт. Он некоторое время работал в полицейском департаменте Лос-Анжелеса. Уволился со скандалом, пару месяцев назад. С тех пор о Рупперте ничего не было слышно. И тут он выпрыгивает как черт из табакерки, размахивая стопкой документов об участии армии и ЦРУ в доставке наркотиков в Нью-Йорк, Сиэтл и другие города. Дает интервью парочке республиканских журналистов, любителей жареного, организовывает пресс-конференцию. И примерно в это же время, такую же пресс-конференцию в Канберре прямо в зале Австралийского Национального Университета, проводит научный сотрудник Альфред Уильям Маккой. Ты должен о нём слышать. В семьдесят втором он давал свидетельские показания в конгрессе по теме о незаконном обороте наркотиков в Юго-Восточной Азии, поддерживая обвинение Проксмайра.

— Слышал, конечно, — посерьезнел Росс. — Этот парень обвинил шишек из ЦРУ и армии в организации контрабанды наркотиков.

— Именно, — кивнул Тун. — Скандал тогда был серьезный. Но по сравнению с сегодняшним, ерундовый и широкого распространения не получил. Но сейчас эти сволочи, Рупперт и Маккой умудрились достать действительно убийственные документы и доказательства. Их подлинность, несмотря на наши оправдания, очевидна всем. В Европе поднялась настоящая буря. В Англии, ФРГ, Испании, Италии и Франции тему подхватили «левые» через свои газеты. У нас об этом пишут и вещают все республиканские СМИ. И не только они. Даже чертов «Нью-Йоркер» разразился статьей «ЦРУ убивает Америку наркотиками»! Представляешь, даже этот журнал комиков и литераторов! Все эти модные журналисты, занимающиеся расследованиями, писатели, считающие себя обличителями «социальных пороков», как с цепи сорвались. Каждая сволочь, ознакомившись с документами, предпочитает внести свою лепту, вылив ведро помоев на ЦРУ и армию. Уже отметились Том Вульф, Карл Бернстайн, Норман Мейлер[2] и многие другие. Даже дурочка Дидион, клепающая слезливые трагические любовные истории, подключилась к всеобщей истерике. Эти вопли удалось пригасить, надавив на самых говорливых, но поздно, волна пошла. В Нью-Йорке толпа разнесла несколько магазинов, в Вашингтоне национальной гвардии пришлось стрелять по демонстрантам, в Бруклине и Детройте — погромы и пожары. Республиканцы срочно формируют сенатскую комиссию для расследования преступлений ЦРУ и кабинета Картера. Докеры в портах отказываются разгружать прибывающие корабли, следующие через Панамский канал в Америку. Даже некоторые военные-отставники проснулись. Требуют расследования обвинений, утверждая, что это для них «дело чести». В ФРГ, Англии, Франции в портах бастуют рабочие, столицы сотрясают многотысячные демонстрации с требованиями прекратить сотрудничество с государством-наркоторговцем. И все эти волнения искусно подогреваются местными «левыми». Сейчас у красной сволочи настал «звездный час». И самое интересное, только в прошлом году Госдепартамент создал Международное Бюро по борьбе с наркотиками и тут такой скандал.