Как такое возможно?!

Если только Виза, подражая своей великой родственнице, не изменила свою внешность, стараясь быть похожей на нее. Нет, конечно, может быть и такое, но это вряд ли!

Меня вот, митхаровский жрец тоже перепутал с Аресом, а я уж точно свою внешность не менял.

Вдруг я услышал над головою сначала шорох, затем тяжкий со всхлипом вздох, и посмотрел наверх. Там в густой листве я увидел Мора, он, ссутулившись, сидел на толстой ветке и, свесив свои длинные ноги, тоскливо смотрел на меня.

— Зор, тяжко и грустно мне! — донесся сверху скрипучий, полный боли, тихий голос Мора. — Как мог поступить так Гуг? Ушла опора из-под ног моих, когда увидел его я и узнал, кто перенастроить Глексика решился! Позор роду нашему, позор!

Мор слез с дерева и уселся рядом со мною.

— О Тейе и Гипе и раньше догадывался я, но Гуг! Он лучший ученик мой среди Хогов! Ему наследие свое оставить хотел я! Как ошибаться так мог я? Как?!

Мор стёк со скамьи и, низко опустив голову, сгорбившись, поплелся к себе в секцию. Перед самыми вратами он обернулся, и я заметил, как изо всех его глаз ручьями текли прозрачные слёзы.

Хоги по своей натуре добрая и сентиментальная раса, но плачут они очень редко и только в тех случаях, когда прощаются со своими близкими и родными навсегда. В этот момент Мор прощался с Гугом, и оттого ему было сейчас невыносимо грустно и одиноко.

Во мне жила частица Хога, и поэтому я тонко чувствовал нынешнее состояние своего учителя, ему сейчас совсем безразличны мои слова поддержки, ему сейчас необходимо было понять — как Гуг мог совершить такой, немыслимый для своей расы поступок? Что заставило его пойти на такой шаг? Чем его подкупила Тейя? А пока Мору нужно было самому разобраться в случившемся, понять и оплакать предательство своего лучшего ученика.

Мор исчез в энергетическом поле врат своей жилой секции, а я еще долго смотрел вслед, переживая за учителя и тоже пытаясь понять, что сподвигло Гуга на такой мерзкий поступок? Так и не найдя для себя ответа, я уже собрался было уходить, как тут заискрились врата секции рода Сонни, из них вышла улыбающиеся Виза.

Моментально забыв обо всём на свете, я вскочил с места и изящно поклонился ей. Сердце при виде Визы сначала предательски замерло, затем стукнуло в грудь изнутри с такой силой, что казалось, разломит ее пополам, а потом заколотилось в сумасшедшем ритме, разгоняя горячую кровь по венам. Стараясь выглядеть внешне спокойным, я стоял и улыбался шедшей ко мне девушке.

— Приветствую отважного Зора! — первой поприветствовала она.