И только слова «первый удар», равнодушно произнесённые наислабейшим Стоуном, отрезвили некоторые умы.

Анна удивлённо подняла брови, а Дина нахмурилась.

«Шутите?!» … «Вы тоже видели?!» … «Невозможно!»

Иногда победить может тот, кто слабее на одну ступень. В редких выигрывает уступающий на три ступени. В самых исключительных случаях разрыв может составлять половину области (и то, если стихии подходящие). Но сейчас — практик, уступающий почти на целую область, за мгновение унизил Кайзена пощёчиной!

Юнона, ёрзающая на коленях принцессы, словно непослушный котёнок, невольно улыбнулась — а лакей неплохо опустил дерзкого Романова! Но тут же прогнала прочь такие мысли — не царское дело радоваться успехам слуги.

Отдышавшись немного, Кайзен поднялся на ноги с пустым взглядом. Щека ныла от жгучей боли, превращаясь в подобие задницы обезьяны. Похоже, «пиздец» как сильно ударили…

Он посмотрел на Кёна. «Ха… Ха-ха-ха! Прекрасно! Я намерено позволил тебе атаковать первым, чтоб ты не потерял лицо. Но, поскольку твой ущербный мозг не смог распознать благие намерения, готовься столкнуться с последствиями!»

Послышался искренний смех мисс Юноны… Приятный, ласкающий слух, подобно звону весенних серебристых колокольчиков. Красивая, как ангел, прелестная, словно нежная роза. И столь чудесное создание сидит на коленях дьяволицы!

Все сосредоточили внимание на очаровательной девочке.

«Уважаемый Кайзен, все Романовы лгут, дабы не упасть в грязь лицом?»

Парень нервно сглотнул. «Мисс, что вы имеете в виду? Вы не верите мне?»

«Скорее да, чем нет. Если пропустите следующий удар, то больше вам никто не поверит.»

Кайзен рассеянно заозирался по сторонам. Взгляды окружающих не сулили ничего хорошего. Парень покраснел ещё гуще от гнева и стыда. «Госпожа Юнона, сейчас я докажу вам свою силу!» — он взревел. Его рука заискрилась огромными молниями, стала тяжёлой, рухнула в землю и вспахала её.

«Чидори! Одна из лучших техник молний Романовых!»

Кайзен явно намеревался уничтожить соперника с костями. Разрывающаяся на части земля под искрящейся рукой подсказывала, что сей удар молнии пробьёт и стальную стену. А от жалкого практика основ останется лишь обгорелая каша из плоти и костей.

«СДОХНИ!» — прорычал Романов, с усилием поднял руку, она расплылась в фиолетовый луч и врезалась в грудь Кёну. Вернее, прошла насквозь.

«Какого…»

Кайзен широко раскрыл глаза от удивления, его тело по инерции ушло вперёд. В следующий момент воздух разрезал пронзительный, острый звук.

— ПАА~

На лицо вновь обрушился мощный оглушительный удар.