{Юноночка… Ты, оказывается, настолько сильна?! Почему же молчала?! Почему скрывала свой талант?! Неужели готовила для меня сюрприз?! О, крошка… Это так ми-ило!} — одновременно восхитилась и растрогалась принцесса Кара.

Бай и Диана ошеломленно застыли. Патриарх стоял возле барьера и тупо переводил взгляд то на свою внучку, то на её противника со сломанным носом; сердце его трепетало от волнения.

Посланницы сект были приятно удивлены столь искусно разыгранному представлению талантливой девочки.

{Специально отыграла роль слабачки, чтобы разбить лицо этой длинноволосой обезьяне? Одобряю! Я обязательно заполучу тебя в мою секту!} — окончательно уверилась в своих наблюдениях Наргиза из секты Девы. Злость, ярость и вместе с тем хитрость, благодаря которой Юнона смогла беспрепятственно нанести этот удар, впечатлили женщину. Однако малышке следует немедленно сдаться, иначе разгневанный самец может покалечить её.

Тимофей Браун, ранее равнодушно наблюдавший за действиями Юноны, с силой сжал пальцами перила. — {Так те слухи о твоей никчемности оказались ложью? Становится все интереснее. Правду говорят — со Стоунами всегда надо держать ухо востро.} — признав в девушке частичку таланта Эльзы, молодой Браун уверился в решении поработить её через официальную покупку Токенами.

Юнона брезгливо стёрла капли крови с кулака белым платочком и возмущённо посмотрела на противника. — «Чарли Романов, теперь все знают, что ты пустослов! Сказал, что дашь мне три удара и не сдвинешься с места, а в итоге отлетел от первого же движения!»

Глава 248

Глава 248

На трибунах раздались громкие смешки. Девушки-фанатки Романова, обычно страстно поддерживающие своего кумира, смущенно затихли. Но хуже всех было патриарху Романовых. Когда смеялись над его любимчиком, казалось, будто смеются над ним самим.

Чарли густо покраснел. Он чувствовал развитие Юноны, уступающее ему на целых 8 ступеней, и совершенно не понимал, почему не успел среагировать. Ему было очень стыдно пропустить атаку от столь слабого противника. Чтобы совсем уж не терять лица, пришлось выкручиваться. — «Грязная лгунья! Ты скрыла своё подлинное развитие! Поступок, достойный скверного семейства Стоунов.»

«Вообще-то, умник, правилами не запрещено скрывать своё развитие. Твоя попытка свалить всю вину за свой позор на меня выглядит жалко, тем более для сильнейшего в своём поколении. Только вдумайся — ты, павлин напыщенный, позволил врезать себе по носу девушке, уступающей на восемь ступеней в развитии! Лучше умри уже от стыда, пожалуйста.»