Хотя Кён презирал устои этого мира, однако и сам начинал проникаться их варварской сутью, играть по их правилам. Сейчас, когда речь шла о ценной добыче, он был готов без зазрения совести убить, казалось бы, невиновных людей.

Лавр был из тех людей, которые за определённую выгоду готовы даже убить невинного, ведь его прогресс в конце концов принесёт выгоду всему миру. Временные трудности для отдельных лиц — это небольшая жертва во имя общего блага.

Но конкретно в данной ситуации Кён оправдывал свой поступок подсознательно так: охотники не просто защищали родину от вторженца, они именно пытались захватить его, рискуя своими жизнями. Значит, их смерть ни что иное, как неудача в погоне за трофеем. Они рисковали, как и пираты, пытающиеся захватить набитый золотом корабль.

Итак, основная проблема заключается в том, что девять человек, судя по гербам на плечах, подчиняются Охотниковым: крайне влиятельной семье третьего ранга в Дантесе — столице империи. Их внезапная смерть обязательно будет расследована со всей серьёзностью. Нет сомнений, они узнают про турнир и обязательно заинтересуются основным виновником победы Церноса. И тогда не важно, оправдается ли Кён, либо заблаговременно сбежит в Дантес, Охотниковы запросто достанут его даже в имперском департаменте!

Кён взвешивал за и против, тщательно обдумывая все возможности и варианты решения вытекающих проблем. Неизменны две вещи: терять личность Сруля он не собирался; тигра обязательно арканируют, вопрос лишь в том — кто;

Недавно судьба (и обоняние) подарила Лавру прекрасные Демонические грибочки, а сейчас манит-дурманит тигром. Кто он такой, чтобы отказываться от её даров? Решение принято!

«Рррооаааррр!» — в ослабшем рычании высшего зверя проскальзывали отчаянные нотки.

Количество нападающих отовсюду зверей значительно сократилось. Пятеро измазанных кровью и грязью изнеможённых охотников смогли немного расслабиться: «Босс, численность зверей сократилась. Основная опасность миновала.»

Усатый лидер вытер рукой пот со лба: «Да я и сам вижу. Ещё немного — и мы закончим.»

Тигр в светящихся сетях всячески извивался, обливаясь собственной кровью из раны, и пытался разрезать верёвки острыми, как бритвы, когтями, кусал длинными белыми клыками, но без толку. С каждой минутой его силы утекали, как вода сквозь пальцы. Ему суждено утратить свою бесценную свободу и стать рабом жалких грязных людишек?..

Охотники, наблюдая за последними вялыми попытками сопротивления высшего зверя, злобно скалились. Сколько членов семьи убила эта тварь? Много! За такое тигр легко не отделается. Если будет самец, то как минимум потеряет бубенцы, а если самка, то расплатится иначе.