Его перебил председатель Совета министров маршал Тодзио:
– Американцы говорят, что эти бомбы очень дороги и их у Советов много быть не может…
– Верить американцам все равно, что верить хондо кицунэ (лисе), что она не будет лазить в курятник! – возразил Ямомото. – Они говорили, что у русских нет десантных судов, и они не смогут высадить значительные силы. А они им не понадобились, еще неделя и наши силы на Хоккайдо падут. А воздушный мост между Владивостоком, Тоехарой и Вакканаи мы прервать не можем. Если мы откажемся, то русские уже обнаружили соединение флота, направленное с Юга в метрополию для ее защиты. И сейчас действуют, как касатки, сбивая корабли в кучу, и это не случайно! Они готовят удар по этому соединению. Где-то у Итбаята они его нанесут. Действуя с баз в Монголии, они свободно нас там достанут.
– Ваши предложения? – спросил адмирала император.
– Потребовать почетной капитуляции и сохранить лицо. Мы столкнулись с непреодолимой силой. Бусидо допускает в этом случае сдачу оружия, если противник выкажет уважение нам как к воинам.
В зале, где заседал Совет, установилась мертвая тишина, лишь иногда поскрипывали циновки, на которых сидели почетнейшие из самураев.
– Вы не сказали самого главного, адмирал! О судьбе Божественного! – подал голос Фумаре Коноэ, председатель Ассоциации помощи трону, могущественной организации, членами которой были все присутствующие в этом зале.
– Этот вопрос обсуждению не подлежит! Япония была, есть и будет империей, – встал и склонился в поклоне командующий флотом.
Ритуальная чаша обошла собравшихся, и каждый из них положил туда свою «метку», анонимно. Перед императором на столик выложили выкрашенные в разный цвет ответы собравшихся. Двумя голосами больше у поддерживающих Ямомото. Император вытащил свою метку, означающую «Да», и встал. Поднялись и склонились в поклоне «подданные».
– Мы повелеваем предложить два данных условия правительствам Великобритании и России, и, в случае внесения их в ультиматум, мы согласимся подписать капитуляцию. Да сохранят Ками нашу Империю!
Глава 17. «Ты обещал рассказать после войны. Она кончилась, Слава!»
Глава 17. «Ты обещал рассказать после войны. Она кончилась, Слава!»
Через неделю, 25 января 1942 года, к ледовой кромке залива Петра Великого подошел линкор «Prince of Wales», под флагом адмирала Филлипса, с тяжелым крейсером «Repulse» и шестью эсминцами типов «Е» и «F». Кроме командующего Восточного флота, на борту находился командующий БДА (объединенных вооруженных сил Британии, Голландии и Австралии) генерал Уэйвелл и командующий 3-й воздушной армией Великобритании эйр-вице-маршал Болдуин. К ним подошли флагман Тихоокеанского флота СССР лидер «Баку» и его систершип, более новый «Тбилиси», на корме которого уже громоздилась пусковая установка СМ-82 под ракеты П-1. Это был первый выход «Тбилиси» в море, всю войну его модернизировали. «Баку» оставался артиллерийским кораблем и только готовился к переоборудованию. Следом за ними шли два эсминца типа «7», «Разумный» и «Разъяренный», фактические флагманы флота, так как оба торпедных аппарата у них были заменены на одноракетные СМ-70. «Разъяренный» имел на своем счету подбитый линкор типа «Нагато». Вот только с мореходностью у них были определенные проблемы.