***

Кейт видит сквозь грубость стражницы. По тому, как та смотрит на Зака — то, что осталось от Зака — Кейт видит, что той не все равно, будет ли он жить. Они следуют за ней через дверь и поворачивают направо в коридор.

— Мы пришли не оттуда, — замечает Кейт.

— А выйдем сзади, — отвечает Бернард.

Они спешат по тому, что кажется лентой Мёбиуса (прим.: трехмерный объект, проекцию которой можно воссоздать с помощью полоски бумаги, перекрученной на 180 градусов и склеенными после этого концами), и Кейт чувствует себя невероятно потерянной, но затем она слышит голоса людей, поначалу слабые, затем становящиеся громче. Радостная болтовня, похожая на пузыри в воздухе.

Кейт хватает Бернард за руку.

— Мы не можем пойти тем путем. Там люди.

— Это единственный путь.

Бернард достает с пояса свою дубинку.

Они приближаются к источнику шума. Адреналин в теле Кейт теперь светится неоновым желтым, а инстинкт подсказывает ей бежать в обратном направлении. Воспоминание о маленькой сырой камере подталкивает ее вперед.

— Осторожно, — предупреждает Бернард. — Другие ведут себя не так хорошо, как те, которых вы видели.

— Ты имеешь в виду, что они сидят не на таких сильных препаратах, — замечает Кейт.

Бернард бросает на нее взгляд.

— Да.

Они замедляются, приближаясь к резиденции.

— Ведите себя, как можно тише.

Бернард выключает свой фонарик, и Кейт делает то же самое со своим. Они скользят в темную общую комнату, где толпа оживленных мужчин болтает, как стая обезьян. У них два фонарика — откуда они их достали? — прыгают и пинают что-то в центре комнаты. Ругаются. Это охранник. Нет, два охранника, свернувшиеся на полу в попытке защититься от ударов.