***
Кейт сидит в арендованном автомобиле, припаркованном недалеко от реки под переливающейся тенью ив. Она отстегивает ремень безопасности, поудобнее устраивается в кресле. Ее левая рука чуть бледнее и тоньше правой, все еще восстанавливается от экзоскелетного гипса, который ей пришлось носить несколько месяцев.
Она вдыхает грязный зеленый запах реки (Увядшая водяная лилия): мягкий, волнистый запах. Ароматные травы. Холмы.
Боже, Кейт скучала по вождению, по свободе, которую ощущаешь, езжая по простирающейся перед тобой дороге под грохочущий саундтрек по твоему выбору. По остановкам для заправки водородом — не таким едким, как бензин — и по жирному жареному сыру в вощеном бумажном пакете. Тонким бумажным салфеткам. Ванильному соевому мороженому в твердой шоколадной глазури, которое можно с хрустом откусить зубами. Она замечает, что в магазине исчезли все холодильники «Фонтус». Кейт представляет, как они валяются в блоках утилизации, лишенные всех драгоценных металлов, используются вторично в качестве кроватей или столиков для столовых в мелких городках.
Кейт опускает стекло еще ниже, впуская больше свежего воздуха в салон. Выбросив освежитель воздуха в агентстве по аренде машин (Отвратительный Розовый), она ехала первый час, открыв все окна, пытаясь выветрить запах. Искусственные розы: слишком сладкий запах прочерчивал густые вертикальные линии перед ее глазами. Ее обоняние, кажется, в последнее время находится в раздрае, фигуры стали более живыми.
Сегодня прекрасный день: теплый, влажность смягчается прохладным бризом, а небо ярче, чем когда-либо. Ветви плакучих ив метут по земле, шепчут, словно желают успокоить. Кейт ощущает запах сотен различных оттенков зеленого, скрытый в движениях листьев.
Вдалеке появляется женщина, она идет к реке. У нее густые серебряные волосы, скрученные и заколотые, со свежим цветком в них. В ее руках старая плетеная корзина для пикника. Женщина высока и движется элегантной походкой — не торопится, не плетется, в ее шагах сквозит целеустремленность. Она не ищет хорошее местечко — уже знает его.
Женщина ставит корзинку на землю, расстилает одеяло для пикника, разглаживает его отточенными движениями. Сняв туфли, она садится, вытянув перед собой ноги и скрестив их в лодыжках, откидывается на спину, оперевшись на локти, и закрывает глаза, подставляя лицо солнцу.
Она снимает заколку и позволяет своим волосам рассыпаться вниз, как жидкая ртуть. Кейт бездумно прикасается к своим коротким, проводит пальцами сквозь отросшие пряди.