Крики продолжались из угла комнаты, и лицо Мариетты сморщилось, когда она перевела взгляд на тень, где лежал малыш Джулиан Джай.

— Агата, пожалуйста, сделай что-нибудь для него!

— Я не могу, — сокрушенно сказала Агата.

— Он кричит, кричит и кричит. Мне так жаль. Я никогда ничего не смогу сделать.

Фрейя сжала руку Мариетты, собрав все свои последние силы.

— Обещай мне, что вы с Тобиасом заберете ее далеко отсюда, — прошептала она, прижимая ребенка к груди.

— Рассказывай ей истории, чтобы она всегда знала, кто она такая, но никогда не возвращай ее обратно. Обещай мне, что ты мой хранитель, а теперь и ее. Ты сделаешь это для меня!

— Кантини согласился помочь нам с побегом. Сейчас они с Тобиасом ждут на территории. Для нас троих, Фрейя. Я обещаю, что все будет хорошо, — заверила Мариетта. Из угла комнаты Агата укачивала своего сына, но ничто не могло успокоить крики. Снаружи буря только усиливалась, ветер ревел, гром продолжал сотрясать маленький коттедж внутри холма. Мариетта позвала Агату сделать фото, не подозревая, что это будет их с Фреей последнее фото. Агата еще раз положила кричащего ребенка в колыбельку, прежде чем появиться рядом с Фреей.

Камера щелкнула! А затем Мариетта заметила, что глаза Фрейи закатились к затылку.