В первый раз, когда Рене ступила под каменные своды, поддерживаемые массивными колоннами с вычурным резным узором, она решила, что попала в древний храм. Все вокруг выглядело так, будто она обнаружила какое-нибудь давно забытое место поклонения, но стоило войти в основной зал, как сомнений не осталось. Она едва не умерла от восхищения — даже в самых сладостных мечтах она не предполагала, что за свою жизнь ей доведется увидеть столько золота. Она побывала во многих богатых домах, обчистила множество закрытых хранилищ, но это… Это было просто какое-то нереальное чудо.

Пытаясь разобраться в сути проклятия, Рене изучала разные предметы в сокровищнице, пока дракон отсутствовал. По какой-то причине он проверял свое имущество только раз в несколько дней, прилетая обычно незадолго после заката. Где он пропадал в остальное время, она не знала, да это и не особо ее волновало. Главное, что у нее имелось вдоволь времени на исследования, пока хозяина не было дома.

В совокупности проведя в драконьем логове больше недели и истратив все свои сбережения на амулеты, указывающие на магию, Рене пришла к выводу, что дракон метил свои сокровища запахом. Каждая монета, каждый меч, каждое ожерелье, все пахло каким-то теплым землисто-пряным ароматом. Причем чем выше к вершине золотой горы, тем ярче становился запах.

В первый раз Рене забрала с собой только несколько золотых монет. Тщательно вымыв их в ручье в лесу неподалеку и убедившись, что пряный аромат пропал, она вернулась домой. Двое суток, проведенных не в дороге, а на одном месте, в ее комнате, прошли в особенно нервном напряжении. Она не могла ни есть, ни спать, ни работать, боясь, что ошиблась и проклятие сработает. Но нет. Даже спустя неделю золотые монеты в кармане не навели на нее гнев дракона.

Именно тогда, воодушевленная, она поняла, что нашла собственную золотую жилу.

Рене слила мыльную воду под камень и, насухо вытерев добычу, спрятала золото и ожерелье за пазуху. Убрав тазик в надежное место, она направилась по едва заметной звериной тропе. Эта дорога за прошедшие месяцы стала хорошо известна и горячо любима за то, что позволяла незаметно пробираться к драконьей горе. Ни дровосеков, ни охотников в этих лесах Рене никогда не встречала. Дикого зверья она тоже ни разу не заметила.

В двух часах от ручья расположилась заброшенная охотничья хижина. Судя по ее состоянию, в этот покосившийся небольшой домик никто не приходил уже много лет. Тем не менее крыша все еще была цела, а оконные отверстия слишком малы, чтобы в них пробралось какое-нибудь крупное опасное животное. Здесь всегда можно было укрыться от непогоды или переночевать, если что-то шло не по плану.