— Сеньоры, её величество королева Лея Аманда Катарина Веласкес! — объявил распорядитель.

На сцену вышла Лея. В руках бумажка, но там только тезисы — говорить она решила сама. Сказала, посмотрела на меня и Лоран и поняла, что так эмоциональнее получается. По бокам старые девы личной охраны. Впереди — малый зал «Насионаля», забитый аккредитованной прессой, трижды проверенными сотрудниками и одиночными журналистами-блогерами. В зале воцарилась тишина, лишь где-то фоном беседуют отдельные индивиды. Все замерли. Ибо все понимали то же, что и я — про государственную политику.

— Сеньоры, сеньорины, дамы, господа и прочее прочее, — начала мама сидящей со мной рядом девушки. — Сегодня я собрала вас, чтобы сделать важное заявление. Вы могли сами видеть то, что произошло три часа назад, я имею в виду казнь и уничтожение людей возле здания захваченной террористами младшей школы. Вы все, наверное, всё это время спрашивали: «Что это было? Неужели верховная власть осмелилась санкционировать такое?» И я отвечу! — повысила она голос. — Да, осмелилась. Я, опираясь на мнения членов уважаемого Совета безопасности, одобрила этот сценарий развития событий. Ибо считаю, что мы и так слишком долго игрались с огнём, потакая выродкам и нелюдям, идя у них на поводу. Это сродни игре в одни ворота, когда команда одной стороны только защищается и перепасовывается, а другая имеет право забивать. Как может закончиться этот матч? Что мы можем, если не имеем ни шанса забить сами?

— И сегодня я санкционировала изменение правил. К чёрту все доктрины! К чёрту все конвенции! К чёрту все права человека — если речь идёт о казнях наших соотечественников. Отныне мы, государство Венера, будем бить всех, кто начнёт убивать наших людей, и тем более детей. Мы не просто будем бить — мы будем уничтожать всё ценное для этих людей. Ведь они люди, а значит, кого-то защищают, а значит, у них есть ценности, за которые они готовы умереть. Жизни близких? Мы заберём эти жизни. Благополучие городов и общин? Мы уничтожим эти города, общины, сровняем с землёй орбитальными бомбардировками. В качестве ответа. Чтобы каждый, прежде чем напасть, помнил — возмездие последует. Его убьют — а мы прилетим и накажем! И не остановимся ни перед чем, вплоть до ядерных бомбардировок. Потому, что правильно сегодня было сказано, да будет каждому дано по делам его! И судимы будете той мерою, которою…

Королева сбилась, побледнела. Я напрягся, почувствовав неладное. Фрейя рядом — тоже. Лея снова попыталась что-то сказать, раскрыла рот, но не смогла ничего выдавить. Глянула на зал испуганными глазами. Зал зашумел, загудел. В этот момент она нашла меня. Увидела нас, держащихся с Фрейей за руки. Последнее, что смог прочесть в её взгляде это удовлетворение, а потом она начала оседать на пол.