- Сделаешь мне ужин персонально? – попросил Светозар. - Если Берислава опять приготовит свою серую кашу, я не выдержу.

Я серьезно поглядела на вконец обнаглевшего богатыря, а он на меня.

- Ладно, - сдалась первой, - приготовлю.

- И вообще, все остальные ведь, кажется, пристроены, - ухмыльнулся мужчина.

- И что? – не поняла я.

- А то, - мне положили руку на плечо, - готовить тебе только для меня. Я единственный не женатый у нас в тереме. Остальным могут и их женушки готовить.

- А как же Любозар, Пршемысл и Ростимир? – напомнила я. - Их свадьбы еще не сыграны.

- Бериславину стряпню поедят, - отмахнулся друг.

Когда мы подъезжали к терему, уже начало смеркаться. Я так устала! Хорошо, только на нас со Светиком готовить. Можно омлет с копченым мясом сварганить, ну и по паре бутербродов с чаем.Думаю, голодным не останется.

Войдя в терем, я сразу направилась в сторону кухни. Быстрее приготовлю - быстрее спать лягу. Пока готовила омлет, постоянно сдерживала рвущиеся наружу зевки. Да-да, я опять пренебрегла помощью скатерти-самобранки. Благо, что за время своего пребывания в Отражающем мире, успела уже довольно много перенять у Бериславы. А то ведь у нас в Москве поди никто на русской печи и не готовит. И я не готовила…раньше.

Светозар пришел, когда я разливала чай в кружки. В столовой никого не было, так что я решила, что поужинать можно и в кухне. Светозар спорить не стал и, сев на скамью, пододвинул себе тарелку с довольно большой порцией омлета с копченым мясом и с аппетитом стал есть.

- Светозар, - позвала я мужчину, и тот оторвался от поглощения ужина.

- Чего? – буркнул светловолосый богатырь.

- А почему ты до сих пор за мной подглядываешь? – захлопала глазками.

Мужчина напрягся и пристально посмотрел на меня своими серыми глазами.

- Я уже говорил, - притворно безразлично произнес он. - Мало ли, опять кикиморы появятся.

- И только? – прищурилась я.

- И только, - Светик снова уткнулся в тарелку.

- И вчера ходил, подглядывал? – между делом спросила и положила в рот кусочек мяса.

- Да… - мужчина тяжело выдохнул, и на его лице заиграли желваки.