— Именно меня?

— Было написано- того, кто пришел в храм с животными. Ну, я с Сафроном посоветовался, кроме тебя под описание никто не подходит.

Глава сел поудобнее, поморщившись.

— А на счет того, что там не твой мир, то это мое предположение, основанное на событиях, произошедших много лет назад.

Мой сын, когда был еще совсем несмышлёным пацаном, но чувствовал в себе геройские порывы, решил самостоятельно сходить в один из миров.

Его взгляд смягчился от воспоминаний о сыне.

— Сын хотел доказать, что уже достаточно взрослый для путешествий, хотя Сила еще не перешла к нему окончательно.

В один из вечеров, я нашел его обессиленным, лежащим на полу. Он рассказал примерно то же, что и ты сейчас. Всыпал ему конечно и запретил пока что думать о переходах в иные миры, пока Сила не перейдет к нему окончательно, чтобы можно было контролировать переходы. Не все миры принимают к себе гостей.

— Ага. Что же вы такие гостеприимные?

Он усмехнулся и кивнул, словно соглашаясь с моими словами.

Он грустно улыбнулся.

— Ты же сам почувствовал, что чужой там, правда? Думаю, что тот мир, сделал для тебя все, что можно, принял, когда тебе было необходимо, а теперь ты должен вернуться к себе. А слабость? Тот мир таким образом дал понять, что заберет у тебя ту энергию, которую давал тебе все это время. Вот так вот, Рома. Только вот где твой мир, я не знаю.

Мне стало по настоящему жутко. Я молча смотрел на Главу, пытаясь осознать услышанное. Мой мир- не мой вовсе? Бред! Да с чего он взял, что Земля не мой мир? Да у него просто не хватило сил, чтобы нормально меня перенести, вот и все! Должно же быть какое-то логическое объяснение, черт меня подери!

Но, где там внутри меня, охватывало чувство осознания в правдивости его слов. Ведь ощущения, когда меня не видят и не слышат, были явными. Это что же получается? Меня стерли с лица Земли, будто ластиком с белого листка? За что? Горечь собралась во рту, и я сглотнул горькую слюну.

— Не волнуйся, Рома. Я помогу тебе, как только обрету силу. Возможно там, в твоем мире, тебя ждут твои родители. Ведь сам рассказывал, что не помнишь своих родителей и не помнишь себя до определенного времени.

Он горько усмехнулся:

— Если честно, то я надеялся..

Он замолчал, глубоко вздохнул, закрыл глаза и поднял голову к небу.

— Ну, ладно, не будем об этом. Ты давай отдыхай, тебе чтобы набраться сил нужно время. А я пожалуй пойду еще вашей еды отведаю, если еще что-нибудь осталось- он улыбнулся.

— Уж больно мне это… понравилось- он руками изобразил круг.