Я чувствовал как папино напряжение постепенно спадало и когда глав миров пригласили пройти в отдельную комнату, он оставил нас без всяких сомнений.
Я чувствовал как папино напряжение постепенно спадало и когда глав миров пригласили пройти в отдельную комнату, он оставил нас без всяких сомнений.
Да, это были лучшие дни в моей жизни! Той, прошлой жизни.
Да, это были лучшие дни в моей жизни! Той, прошлой жизни.
Я носился с детьми на улице, мы играли в разные игры, которые организовали местные. Я не знал как называется это место, но мне оно показалось лучшим на свете. Все дети с интересом рассматривали птиц, порхающих на деревьях, гладили невиданных животных (сейчас я знаю, что это были кошки и собаки), нас катали на пони, помню, как я смеялся от восторга.
Я носился с детьми на улице, мы играли в разные игры, которые организовали местные. Я не знал как называется это место, но мне оно показалось лучшим на свете. Все дети с интересом рассматривали птиц, порхающих на деревьях, гладили невиданных животных (сейчас я знаю, что это были кошки и собаки), нас катали на пони, помню, как я смеялся от восторга.
Два дня бесконечного счастья…. Я слышал тихий разговор родителей, для чего мы здесь. Чтобы создать союз малых миров для защиты от посторонних вторжений. Папа был вдохновлен переговорами, наши миры ждало светлое будущее.
Два дня бесконечного счастья…. Я слышал тихий разговор родителей, для чего мы здесь. Чтобы создать союз малых миров для защиты от посторонних вторжений. Папа был вдохновлен переговорами, наши миры ждало светлое будущее.
В тот последний день папа подхватил меня на руки и потрепал по голове.
В тот последний день папа подхватил меня на руки и потрепал по голове.
— Понравилось тебе здесь, Ролан?
Понравилось тебе здесь, Ролан?
Я радостно закивал головой.
Я радостно закивал головой.
— К сожалению завтра все разъедутся по домам. Сегодня главы миров закрепят свои договоренности, ты присмотри за мамой и сам сильно не балуйся.
К сожалению завтра все разъедутся по домам. Сегодня главы миров закрепят свои договоренности, ты присмотри за мамой и сам сильно не балуйся.
Папа ушел, на прощание поцеловав маму. Прошло некоторое время, прежде чем раздался оглушающий грохот, проникающий в каждую клетку. Стены складывались под тяжестью друг друга, погребая под собой все живое. Потом была оглушающая тишина, затем послышались стоны и крики оставшихся в живых. Мой детский страх за маму я почувствовал сейчас особо остро.
Папа ушел, на прощание поцеловав маму. Прошло некоторое время, прежде чем раздался оглушающий грохот, проникающий в каждую клетку. Стены складывались под тяжестью друг друга, погребая под собой все живое. Потом была оглушающая тишина, затем послышались стоны и крики оставшихся в живых. Мой детский страх за маму я почувствовал сейчас особо остро.