Сейчас я чувствовал примерно то же самое. И эти ощущения мне ой как не нравились! Мне захотелось резко дёрнуться, высвободиться из этой Тьмы и оказаться снаружи, вдохнуть свежий воздух, отдышаться и увидеть свет! Настоящий, а не тот, что поглотил меня пару минут назад.

Я резко упёрся руками во что-то твёрдое перед собой. На ощупь это походило на что-то гладкое и скользкое. На мгновение я даже подумал, что вернулся обратно и щупаю ледяную поверхность, об которую стукнулся, а то, что я видел перед этим, было лишь предсмертной галлюцинацией умирающего мозга или чем-то вроде сна. Что ж, если этот «дьявол» мне дал второй шанс выжить и он мне не привиделся, то я должен пробить лёд и выбраться из холодной воды, пока не поздно.

Я приложил все усилия, чтобы сломать преграду перед собой, и, к своему удивлению, обнаружил, что она легко поддаётся вопреки изначальным сомнениям. Странно — я думал, что лёд будет куда сложнее пробить, но раз так вышло по итогу, то мне это только на пользу. Налетев всем своим весом на преграду, я резко поддался вперёд, пытаясь сломать её, и там, наконец, после ещё одного громкого треска яркий свет ослепил меня!

Я сразу зажмурился, не в силах ему противостоять, и болезненно замычал, однако в следующую секунду я носом почувствовал свежий воздух, и сразу же открыл рот, жадно его вдыхая. Кажется, получилось! Я был на поверхности. Воздух! Приятный свежий воздух, которым я никак не мог надышаться теперь!

Однако помня, что всё ещё нахожусь в ледяной воде, я попытался ухватиться руками на ощупь за лёд и подтянуться, но почувствовал, что это сделать куда сложнее, чем в теории. Я несколько раз дёрнул ногами подо льдом, и попытался грудью лечь на замороженную водную поверхность, но ощутил, что тело очень плохо меня слушается, а за спиной словно что-то мешает мне.

«Что же это могло бы быть?» — сразу подумал я, лихорадочно соображая. Вроде как рюкзака за спиной я не таскал. Должно быть, у меня намокла одежда, которая теперь мешает мне выбраться, и теперь она тянет меня на дно. Вот проклятье-то!

Я совершил еще одно отчаянное движение вперёд и закричал от напряжения. Вернее, я думал, что закричал, но из горла донесся лишь хриплый писк. Подумав, что это из-за переохлаждения, я предпринял ещё один толчок вперед, и что-то за моей спиной треснуло, а тело постепенно начало высвобождаться из ледяного плена, пока, наконец, я не нащупал своей грудью твердую поверхность.

«Странно. А почему здесь так тепло? И почему воздух настолько сухой вокруг?» — первое, что осознал я, едва отдышавшись, — это то, что мне совсем не холодно. Или тело уже настолько окоченело, что я уже не чувствую ничего, или…