Терпи казак, — атаманом будешь! Если мы и сдохнем, то хотя бы в попытках спастись!
Тёмно-красный туман вышел из тела, яростно всколыхнувшись и окутав меня подобно савану. Молнии на Мерзости стали пробегать с неимоверной скоростью, то впитываясь в пластины, то возвращаясь на поверхность. Зелёные глаза бешено вращались, а из моей глотки вырывался звериный рёв.
Понимал ли, что делаю? Ага, конечно же нет. То, что я пытался сделать, было сравнимо с тем, если бежать на танк с голой жопой и одной лишь гнилой палкой.
Просто… А какая разница? Сделаю — выживу. Не сделаю — сдохну. Вариантов особо нет. Тем более, некоторое наитие всё же присутствовало, от которого я и придумал на коленке план под названием — «Не трогай, а то уеб… Кхм… Убьёт.»
А всё это родилось из-за одной оговорки Рааста. Просто оговорки и слов, которые очень долго не выходили у меня из головы, а звучали они так: «
Надеюсь, что ты смотришь, Мать Бездна… Потому что, сейчас будет весело. Ахренеть, как весело!
Женский предвкушающий смех раздался в голове, заглушивший не только рёвы Рааста, но и боль. Моё тело буквально плавилось от мощи маленькой сферы, продолжающей расти.
Пять, десять, двенадцать, двадцать… Тёмно-красных жгутов вырывались позади меня, мгновенно покрывшись слоем тумана и раскинувшись за спиной, словно павлиний хвост.
—
—
Надеюсь, изжоги потом не будет… Ну или поноса…
* * *
Монотонный стук падающих капель разрывал тишину пещеры, в которой находилась Амара, сидевшая у стены с поджатыми ногами. Девушка сильно исхудала. Её кожа стала слишком бледна из-за недостатка света, а глаза безучастно смотрели перед собой.
Не было возможности спастись. Сколько бы она не пыталась сбежать, Унголианта всегда находила её и… Наказывала. А уж у богини тёмного пантеона знаний в «наказаниях» очень много. Ей не нужно было избивать девушку или как-то вредить ей, хватало лишь одной крохотной капли жёлтого яда на коже, который вводил разум Амары в самый настоящий хаос.