Лишь смотрел на то брат и победе был рад,

Но Галей, сильный духом, терпел боль веков,

Что сжимала сильнее железных оков,

Что вернулась из битв, что минули давно,

Боль мутила рассудок, как будто вино,

Вышел в ночь небожитель, остался один,

Неизбежно погибнет меча властелин.

Знал, что яд в его теле и скор его час,

Сам он молвил себе: «Есть изменщик средь нас,

Жаждет смерти моей и паденья небес,

В черном сердце проснулся бессовестный бес».

Там, где корни пустило извечное зло,

Для орудья достойных и быть не могло,

Меч доверить не мог в небесах никому,

Чтоб весь мир не обречь на кромешную тьму.

И, предчувствуя скорую гибель свою,