— Легко, Изя тащи заначку!

Когда котелок с кашей показал дно, а дежурные поставили чай и глинтвейн, настало время гитары. Начал, как обычно Зингер, продолжила Оксана Сергеевна. Рискнул было Шкип, но услышав ехидное от Геры-

— Как только Шкип достал гитару, зажал баррэ, сыграл Ам- потух костер, завыли волки, на свитере упал олень,

…плюнул, и отдал гитару дальше.

Котелки с чаем и глинтвейном постепенно показывали дно. Народ, уже изрядно утомленный прошедшим днем и приключениями, откровенно зевал и поглядывал в сторону палаток.

— Ну что, отбой?

— Отбой, завтра непростой день, так что давайте по палаткам.

Шкип тихонько подошел к Оксане.

— Сильно устала? Может на берег сходим, на звезды посмотрим? — спросил он.

— Если только не долго, я уже спать собираюсь.

— Давай ненадолго.

— Тогда я сейчас.

Оксана залезла к себе в палатку и вскоре вылезла уже переодевшись в пижаму и легкие сандалики. В руке у девушки был тюбик с пастой и полотенце.

— Не замерзнешь? — заботливо спросил Шкип, вечером было действительно прохладно и немного сыро.

Оксана задумчиво остановилась.

— Да ладно, пошли, я тебе свою куртку дам, — махнул рукой Шкип.

— Пошли.

Проходя мимо костра, где сидели двое дежурных их отделения Лапы, Хруст и Батон, Шкип тихонько сказал:

— Мы на берег, туда не соваться, уяснили? Скоро будем.

— Как скажешь, Шкип.