— Чего не чувствую? — заинтересованно наклонила голову набок призрак.

— Там сидит не Уоррен Уленшпигель, — горько вздохнула Эльма, зябко обхватывая себя руками, — И уж точно не мастер Шпигель, которого знает, любит и уважает каждая собака у нас на Аволдисе. Не тот, кто создал этот дом, не тот, кто создал этот город, не тот, кто собирал сирот и потерянных детей по трем континентам. Там сейчас, дура ты прозрачная, сидит тот, кого мы видели последний раз 45 лет назад. Когда до нас дошли новости о восстании клонов в Кригстане. Поняла?

— Когда их со Стеллой год не было? — почти не изменив тон, спросила Элли.

— Да, милая, — язвительно буркнула ей в ответ старуха, — Именно. Наш папа вернулся. Я смотрю на его спину, а у меня кишки от страха крутит. Прямо как тогда. Зеленая от него два года шарахалась по возвращению! Он себе даже шалаш на этом утесе выстроил, чтобы её не беспокоить! А потом…

— Всё, хватит, Эльма! Очнись! — от негромкого, но очень строгого тона сестры пожилая женщина осеклась.

— Что? — удивлению матриарха очень большого семейства не было границ, — Мне — очнуться?!

— Тебе, — упрямо наклонила голову прозрачная девушка, — Все имена, что ты назвала — они все наш отец. Наш папа. Тот, кто прожил с нами рядом всю жизнь. И ты размякла, если боишься! Ты его этим обижаешь!

— Обижаю? — недоуменно пробормотала седоволосая.

— Да, — последовал короткий решительный ответ, а потом и разъяснение, — Ты хочешь забыть, кем он был до того, как мы всё здесь начали. Ругаешь Стеллу, что она спровоцировала возврат? Очнись, он всегда был тут! Вспомни, милая сестра, любил ли он хоть кого-нибудь, кроме меня, тебя и Стеллы? Рассказывал ли внукам сказ…

— Заткнись. Я поняла. Паршивка…