— И какое у вас было задание? — поинтересовался я и проглотил.

— Либия. 1200 год до нашей эры.

— Вот не знал, что в древней Либии пользовались пистолетами.

— Задание не предусматривало контактов с местным населением. Меня снабдили всем необходимым для самообороны и самообеспечения. Пару недель я жила одна в пустыне, точнее, у оазиса. Тогда вообще было больше растительности. Надо было устранить вмешательство Первой Эры, связанное с одной добедуинской могилой, со сложной цепью последствий, приведших позднее к возникновению ислама. Моя работа заключалась в том, чтобы подменить некоторые важные предметы, изъятые из музея Второй Эры. Я справилась отлично. Затем прыгнула назад…

Она запнулась, и на какое-то мгновение я увидел испуганную девочку, изо всех сил пытающуюся обрести твердость и бесстрашие видавшего виды оперативника.

— Вы все сделали правильно, Меллия, — поддержал я. — На вашем месте я бы, наверное, запаниковал и попробовал прыгнуть назад. И закончил бы тем, что влип бы в скользящую петлю.

Сказал и тут же понял, что как раз на этом сейчас не следовало бы заострять внимание.

— Так или иначе, но вы ждали, и вот я здесь. Как говорится, две головы…

— Что мы будем делать дальше? — прервала она.

Теперь ее голос и правда звучал как у испуганной девочки.

Ты великий мастер утешать, Рейвел, ничего не скажешь. Она прекрасно обходилась без тебя…

— Есть несколько вариантов для нашего вызволения, — заверил я самым бодрым голосом, на какой только был способен, учитывая, что по подбородку стекал суп. — Мне бы только… — У меня не хватило дыхания, и я судорожно вздохнул.

— Мне бы только вздремнуть немного, и тогда…

— Простите, — извинилась она. — Конечно, вам нужно отдохнуть. Спите. Поговорим позже.

Три дня я провалялся в постели, ожидая, пока на спине не заживут царапины и порезы. Целебные составы из полевой аптечки Меллии оказывали самое благотворное действие. Дважды за это время я слышал выстрелы: Меллия отгоняла огромных тварей, когда они подбирались слишком близко. Десятка стрел из специального ружья было достаточно, чтобы донести сигнал в их куриные мозги.

На четвертый день, пошатываясь, я предпринял прогулку к той яме, из которой меня вытащила Меллия.

Несомненно, колодец отмечал место станции. Высокие приливы, дожди, песок, упавшие животные заполнили яму почти до краев. Стекловидное покрытие потрескалось. На все это потребовалось время — много времени.

— И сколько же? — спросила Меллия.

— Лет сто, не меньше. А может, тысяча или две.

— Следовательно, станцию не отстроили, — вздохнула она.