— Я действительно их обнаружу,— перебил Чейн.— Я отлично знаю, где продаются такие награбленные вещи.
— Хорошо, предположим, ты обнаружишь их местонахождение, но как рассчитываешь овладеть ими?
— Просто взять, да и все,— ответил Чейн.
— Вот так? Воровство — добрый, традиционный способ Звездных Волков?
Чейн улыбнулся:
— Это не будет воровством, Джон. Ты забываешь, что Поющие Солнышки по праву и закону принадлежат Ачернару, и тот, кто владеет ими сейчас, знает это. И если мы их захватим силой или хитростью, то всего лишь ради возвращения владельцам их украденной собственности. Все законно и честно.
Дайльюлло покачал головой:
— Насчет законности ты прав. И даже насчет этики. Но я не стану слушать Звездного Волка, рассуждающего о честности.
Помолчав, он добавил:
— Ладно. Но как ты, Боллард и прочие собираетесь хотя бы добраться до Отрога? Ведь на такую экспедицию нужны деньги. А на авантюрное путешествие в эту адскую дыру никто не даст ни цента.
— У всех нас остались кое-какие деньги, полученные за работу на Аркуу,— сказал Чейн.— И вот тут-то речь пойдет о тебе, Джон?
— Обо мне? С какой стати?
Чейн с удовольствием пояснил:
— Твоя доля за последнюю работу составила сто тысяч. Ты мог бы помочь финансировать нашу экспедицию и получить гонорар лидера в случае ее успеха.
Дайльюлло долго смотрел на него через стол, потом сказал:
— Чейн, с одной стороны, ты чудо-парень. Ас другой — ты самый большой наглец во вселенной. Ты же, черт побери, прекрасно знаешь, что эти сто тысяч предназначены для моего дома.
— Думаю, что ты никогда его не построишь.
— Почему ты так думаешь? — Голос Дайльюлло был подозрительно мягок.
— Потому, что он тебе фактически не нужен. Почему ты тут просиживал неделями, так ничего и не начав? Да потому, что ты знаешь: вбитый в дом первый гвоздь прибьет и тебя к этому месту и ты уже никогда больше не увидишь звезд. Вот почему ты все время откладывал и откладывал. Я знал, что ты так поступишь.
Наступила длительная тишина. Дайльюлло бросил на Чейна такой взгляд, что тот весь напрягся, готовый отскочить в сторону, если Дайльюлло его ударит.