Не сразу поняв, о чем он говорит, я даже растерялась, но вспомнив наш разговор в спальне, нахмурилась, не зная, что ответить.

— Что будет, если я откажусь? — решила спросить, чтобы иметь представление, с чем придется столкнуться позже.

— Ты уедешь отсюда как можно дальше, желательно к одному из мужей, — ответил дед.

— Я спрашиваю, что будет после этого?

— Ну, как только я сообщу, что больше не могу управлять стаей, самый смелый из племянников сделает первую попытку заполучить мое место силой, но проиграет, — задумчиво стал он рассуждать, а у меня мурашки побежали по коже.

Как? Как можно так спокойно рассуждать о своей гибели? Неужели он уже смирился со своей смертью?

— За ним последуют остальные, и в итоге кто-нибудь все же победит меня в схватке, — продолжил дед. — Его по всем законам посчитают сильным а значит, он сможет управлять стаей.

— И ты вот так спокойно об этом говоришь? — возмутилась я, привлекая внимание Максимки, который играл недалеко от нас. Улыбнувшись сыну, показывая тем самым, что все хорошо, я продолжила уже тише: — Неужели ничего другого сделать нельзя? Обязательно сообщать всем о том, что ты не можешь больше быть их альфой?

— Карина, наши законы порой жестоки и их нельзя обойти, — выдохнул он. — Они все давно знают о том, что я болен. Запах меняется при малейшем изменении в арготизме оборотня. Я не хотел спрашивать, но раз зашел разговор, кто из них отец? — спросил дед, кивнув мне на живот.

Удивления не было, я знала, что тот секс с Глебом был не просто сексом. Я ждала симптомов, как все нормальные женщины. Дед просто подтвердил то, что я и так знала.

— Глеб, — коротко ответила, посмотрев на сына. — Максимка будет рад сестренке.

— Откуда знаешь, что дочь? — спросил он.

— Твой старый друг оказался еще тем хитрым засра…

— Карина! — пожурил меня дед.

— Что? — спросила, вопросительно вскинув бровь. — Ведь это правда!

— И то верно, — хохотнул он.

— Так вот, благодаря твоему другу, ну и силе, что внутри меня, — начала я, выждав театральную паузу. — Мне удалось заглянуть в будущее.

— И насколько далеко ты заглянула? — спросил он, и я видела, как во взгляде деда просыпается любопытство.

— Достаточно, чтобы сказать тебе, что стая будет в хороших руках, — ответила, протянув руку, и положила ее на руку деда. — Можешь не переживать, я не брошу стаю.

— Спасибо, — с облегчением выдохнул дед.