Моряк рассмеялся.

– Думаю, вы не найдете меня сильно взволнованным или совершающим какие-либо ошибки, – уверенно заявил он. – Но я понимаю вашу точку зрения. Своего рода самовнушение, как это называют в книгах. Люди принимают решение, что это Том, Дик или Гарри, и заставляют себя поверить, что это так, а?

– Совершенно верно, – согласился доктор Тейн. – Но если вы ответите на несколько вопросов, прежде чем осмотреть убитого, это может сделать личность более определенной. Не могли бы вы дать нам подробное описание человека, чье тело, как вы предполагаете, было найдено?

– Легко, – заявил капитан. – Парень примерно пяти футов шести дюймов, коренастого телосложения, черные волосы с проседью по бокам, глаза серовато-карие – думаю, вы бы назвали их карими. Небольшие черные усы, хорошие зубы, возраст около сорока шести лет. Так подойдет?

– Превосходно, превосходно, – воскликнул ученый. – Но не совсем. Вы говорите, что у этого человека были маленькие усы. У трупа чисто выбритое лицо, и нет никаких признаков того, что он недавно сбрил усы.

– Я не видел его шесть лет. – ответил моряк. – Очень вероятно, что он отказался от усов задолго до того, как его убили.

– И можете ли вы… знаете ли вы что-нибудь о его зубах, были ли какие-либо из них с коронками, пломбированными или удаленными? – спросил доктор Тейн.

Капитан Скарсдейл на мгновение заколебался, озадаченно нахмурив лоб, как будто копался в памяти.

– Да, – объявил он наконец. У него не хватало двух зубов. Один двойной зуб на нижней челюсти, по-моему, с правой стороны, и еще один отсутствует слева на верхней челюсти.

Доктор Тейн просиял.

– Это точно согласуется с зубами трупа, – заявил он. – Теперь, капитан Скарсдейл, мы осмотрим тело.

– Это он, – решительно объявил морской капитан, совершенно равнодушно глядя на ужасный экспонат. – Не мог ошибиться после того, как был с ним товарищем по кораблю почти пять лет. Да, сэр, это Питер Андерданк, и он тоже был настоящим моряком. Мне очень жаль, что он дошел до этого. Но у него всегда был дьявольский характер, и он вечно попадал в неприятности.

– Питер, говоришь? – повторил ученый. – Голландское имя. Странно, я даже не мог подумать, что мертвый человек голландец.

– Он не был таковы, – заявил капитан, когда все трое отвернулись. – По крайней мере, – продолжил он, – он не был из Голландии. Он приехал из страны Суринам, Голландской Гвианы. Он был немного смуглым, думаю, как и большинство суринамских голландцев.

Доктор Тейн мысленно похлопал себя по спине. Конечно, идентификация капитана морского флота доказала ошибочность его теории о латиноамериканском происхождении убитого, но, в некотором смысле, это подтвердило его выводы. Он был южноамериканцем, настолько близким к латиноамериканцу, насколько это было возможно, и хотя в нем текла голландская, а не испанская кровь, несомненно, в жилах погибшего моряка текла негритянская и индейская кровь. И не исключено, что в дополнение к этому была нотка монгольской. Более того, и сама эта мысль приходила ему в голову. Доктор Тейн увидел, что многие загадочные вопросы прояснились, население Голландской Гвианы включало очень большое количество восточных индейцев, тысячи яванцев и немало людей с полинезийской, меланазийской и даякской кровью.