Девушка ускорилась. Я постоянно оборачивался назад, на дёрганного Мерлина и молчаливого Дара.

— Птицы! — последовало предупреждение.

— И не только, — добавил я, когда на меня из кусков порубленного кустарника прыгнула крылатая змея.

Я взмахнул майром. Живой клинок завибрировал, предложив три очень неожиданных обновления.

На первом моё оружие попыталось откусить мне руку, на втором лезвие покрылось частичками пустоты, фонящей ненавистью ко всему живому, и на третьем майр предложил отделить часть клинка и бегать дальше с обломанной верхушкой лезвия, там где на него попала кровь пустотной твари.

Охренеть!

Не сомневаясь, я выбрал третий вариант, и зарёкся использовать майр против порождений «мёртвой магии».

Часть клинка тот час же треснула и отвалилась. В таком виде клинок больше напоминал дубинку, хотя у самой рукоятки режущая часть из птичьих перьев ещё сохранилась.

Выбирая этот вариант, я, признаться, очень надеялся на все те моды, где было про самовосстановление и регенерацию оружия, но после того, как Алкост испарил мою родную руку, я уже во всём сомневаюсь, когда речь заходит о пустоте.

— Уже близко. Мы почти на месте, — обрадовал я Тию, а сам выскочил на поляну, заполненную чудовищами.

Вот только реальность сегодня была особенно жестока ко всем нам.

Сперва я опешил, на мгновение утратив дар речи.

Я ожидал, что всё может быть плохо, но чтоб настолько…

Твари пировали над телами моих друзей, копошась во внутренностях и выискивая более вкусные части. Одна из тварей, с головой Альмы в руках, радостно обернулась в нашу сторону, облизывая окровавленный рот длинным языком.

Гуманоидный серокожий чёрт подмигнул мне и впился в губы мёртвой знахарки поцелуем, который постепенно переходил в укус.

Но…

…как?!

К горлу подкатил горький ком.

Я изо всех сил сжал зубы и покрепче ухватил сломанный майр, готовясь дорого продать свою жизнь и отомстить за товарищей.