— Изюминка! — крикнул Фрэнсис Эткорт, и все головы повернулись.

Армия этрусков входила на поле Арле. А тут стояли император с вардариотами и шестеро нордиканцев. постоянно сопровождающих его.

— Надеюсь, она дала этим несчастным денек на то, чтобы отполировать доспехи, — пробормотал Кессин.

— Равнение на середину! — проревел Плохиш Том.

Строй дрогнул и снова встал лицом к вратам.

— Когда мы уже пройдем в эту чертову штуку? — пробормотал Эткорт.

— Когда остановим то, что ждет за ней! — гаркнул Том. — Ты когда-нибудь думал об этом?

Эткорт покачал головой.

— Том, я старый. Я устал. И я умею держать равнение.

Том Лаклан не сорвался и даже улыбнулся.

— Да, так и есть. Последний раз, и пойдем к ним.

Он дунул в свисток и наклонился к Калли.

— Постреляй над нашими головами, что ли. Как будто в дракона.

Калли вернулся к обучению лучников.

Перед армией этрусков шли почти шесть сотен телег и повозок, шесть передвижных кузниц, табун коней и стадо коров — точнее, целое море говядины. Десятки вардариотов в рабочей одежде подъехали на запасных конях и начали сгонять скот в уже размеченные загоны. Появилась Бланш со своими фрейлинами и мастером Юлием. Они переходили от загона к загону, считая и делая пометки, проверяя привезенное продовольствие.

За обозом, фургонами, продовольствием и повозками шла армия. Сначала бывшее войско наемников, потом сотни и сотни лучников, Айрис и Эларан, северные ирки, Урк Моган, Злой Кот, Типпит, Джек Кейвс и Криворукий, все трезвые, собранные, начищенные. Безголовый ухмыльнулся Калли, и они со Смоком отсалютовали императору и выстроили лучников, а сэр Данвед вывел на поле пехотинцев. Сэр Милус поднял копье, знамя Святой Екатерины опустилось, и у Габриэля на глаза навернулись слезы.

— Как будто я смотрю на свою молодость, — сказал он и обнял Изюминку.

Позади него рыцари без всякого приказа вскакивали на коней и выстраивались в ряды, как будто после четырех часов беспощадной муштры им больше всего хотелось стоять на параде.

Том Лаклан выехал вперед и тоже обнял Изюминку. Она ухмыльнулась.

— Говорят, ты победила, — сказал Плохиш Том.