— Джон? — с лёгким недоумением обратилась к нему его спутница-азари.
— Хм, сдаётся мне, мы переходим на сторону Печенек, — хмыкнул памятный по Иден Прайм лейтенант, стоящий рядом с кварианкой, — а светошашки патриотических цветов будут? — касаюсь его мыслей.
Забавно… Ревану бы точно понравилась шутка про печенье, а вот Трея недовольно поджала бы губы, показывая своё отношение к насмехательству над серьёзными вещами.
— Хм? — не понял его полковник, — Олег, как закончится всё это дело, иди в сортир, там тебя ждут твои два наряда.
— Есть, — уже куда печальнее ответил солдат.
— Итак, друзья, — начал Шепард, — в связи с открывшимися обстоятельствами и нежеланием Альянса и Цитадели делать хоть что-то, я принял решение перейти на службу к Империи, — м-да, кратко, ёмко. Нечего сказать, — это только и исключительно моё решение, отныне я не ваш капитан и приказывать вам не имею права. Желающие продолжить борьбу со Жнецами могут присоединиться ко мне. Остальные будут возвращены в Пространство Цитадели.
— Нашёл, чем испугать, — щёлкнул мандибулами турианец и просто встал рядом с Шепардом, — Шэп, я верю, что ты сможешь спасти галактику и без меня, но без меня это уже будет не так стильно.
— Это предательство, Шепард! — биотик, что был напарником коммандера с нашей первой встречи потянулся к оружию. Очень глупый поступок, однако, вмешиваться не пришлось.
— Эх,
В итоге, «отказников» вышло всего пятеро, вместе с лейтенантом Кайденом Аленко — шестеро. Прекрасно, как раз на одну спасательнюу капсулу, к тому же, все одарённые оказались на стороне коммандера.
— Сержант, помещения для новых членов экипажа готовы? — взгляды всех соратников Шепарда скрестились на голограмме Шарены Кестар, вызванной мной по коммуникатору. Особенно эмоционально таращился всё тот же лейтенант.
— Так точно, милорд, — коротко кивнула тви'лечка.
— Прекрасно, жду вас на седьмой палубе через пятнадцать минут и подготовьте отдельные апартаменты для желающих вернуться в Пространство Цитадели.
— Будет исполнено.
— Я дам вам полтора часа на отдых и размещение людей, — поворачиваюсь к Джону, гася голограмму. — Хотел бы дать больше, но мы и так потратили слишком много драгоценного времени. Вы же хотите быть в числе первой группы высаживающейся на Жнеца?