Естественно, я согласился!

И помещик, чья фамилия очень соответствовала его внешнему виду — Круглов Иван Иванович, был счастлив, что наконец-то у нас нашлись точки соприкосновения.

Прощаясь, он пригласил вместе со мной и Данилу с Глебом, отчего те внезапно сильно смутились, но обещались в обязательном порядке приехать при первой же возможности.

Маша и Даша, кстати, тоже разрумянились и засмущались. Но я видел: девушки счастливы.

Один за одним гости отбывали.

Я провожал их.

Они клялись в верности и дружбе.

Я ни на миг никому не верил, но принимал клятвы и обещал непременно приехать к ним домой с ответным визитом.

Наконец, поток гостей иссяк.

Последними уехали княгиня Разумовская со товарищи.

Прежде чем сесть в карету, Анна Леопольдовна погрозила мне пальцем:

— А своего китайца вы нам так и не показали!

Это было немного неожиданно. И пока я соображал, что ответить этой женщине, она засмеялась и села в карету, укутавшись в тулуп.

Полина, естественно, уезжала с княгиней Разумовской.

Напоследок девушка шепнула мне:

— Спасибо! Всё было замечательно!

И чмокнув меня в щёку, тут же упорхнула в карету, где кучер Фомы Сергеича уже держал раскрытую меховую шубу, чтобы сразу же укутать княжну.

Карета отъехала.

Я стоял на крыльце. Провожал.

Но на самом деле ждал, прислушиваясь к себе: почувствую или нет, как карета пересечёт барьер.