Деятель, которого нашей группе особо запретили трогать и даже приказали в случае чего прикрыть, взял и наглым образом скончался. По официальной версии, выехавшего в загородное поместье проимперского политика вместе с прислугой и семьёй усекли на голову распоясавшиеся то ли дезертиры, то ли разбойники. Свидетелей, разумеется, не осталось, что наводило на размышления. Уж больно схоже действовали группы нашего Отряда, работая под разбойников. Что любопытно, глава местного отделения разведки примерно в то же время тихо умер от тропической лихорадки, после чего часть офицеров подала в отставку.

Какое интересное совпадение!

Большего о делах разведки выяснить не удалось. Неудивительно: как и положено тайной службе, коллеги по ведомству не любили распространяться о своих делах. Зато один превращённый в марионетку полицейский поделился некоторыми интересными предписаниями сверху. В том числе и о необходимости докладывать о появлении незнакомых групп наёмников и прочих подозрительных вооружённых субъектах. Приказ поступил под предлогом борьбы с обнаглевшими бандитами, нагло посягнувшими на жизнь уважаемого политика и его семьи. Об убитых разбойниками или «разбойниками» слугах, естественно, никто не вспоминал.

То-то меня удивила старательность, с которой стражники трусили очередь на въезде в город. Прямо сказать, довольно редкая дотошность, никогда не возникающая без повода.

Зато две кареты богатых путешественников в сопровождении охраны нездорового внимания стражи не привлекли, спокойно миновав очередь, воспользовавшись привилегиями благородных и «магией денег». В таких обстоятельствах очень удачно вышло, что я заразил Натала своей паранойей, и мы не стали соваться в здание местной разведки для получения актуальной информации. Если мои подозрения верны и нам противостояли не идиоты, то все потенциальные контакты группы сейчас под колпаком.

Внешне же в городе всё оставалось спокойно. Словно затишье перед бурей. Часть аристократии и состоятельных людей временно покинули свои резиденции, направляясь якобы по делам (угу, с семьями). Многие жилища остались под присмотром минимума слуг и сдавались в аренду. Под предлогами борьбы с распоясавшимися бандитами и отвратительного несения службы имперским гарнизоном усиленно натаскивалось ополчение. По городу ходили интересные разговоры о вытягивающей все соки из региона Столице, и — что ещё интереснее — страже в самого верха спустили приказ не пытаться их пресечь.

Вероятно, нашлись бы и другие признаки надвигающегося веселья, но я пока не трогал никого значительнее патрульных офицеров полиции (сымитировал столкновение с их данниками в лице каких-то малоадекватных бандитов), средних звеньев криминала и им подобных (вялотекущая война коренных и пришлых банд играла мне на руку), хотя и расспрашивал насчёт интересных личностей. Но прежде чем поднимать шум, начав убирать важные фигуры, следовало разобраться, что вообще нашей группе делать в таких вот... попахивающих обстоятельствах.