Так как же поступить? Солдат понятия не имел, что он может противопоставить своим новоиспеченным врагам. В каждом случае, который Леман разыгрывал у себя в голове, его положение всегда оставалось проигрышным. Даже если он будет подчиняться и выполнит задание, и даже если Генрих сдержит свое слово и после освобождения ребенка вернет ему девушку, рычаг давления все равно никуда не исчезнет и продолжит на них влиять. Если видео попадет главам ордена, их троих просто убьют без суда и следствия. Единственное, чего Леман еще не знал, это то, как владелец казино собирается использовать хранящиеся у него файлы? Просто сохранит их в качестве подстраховки, или попытается с помощью них управлять двумя Черными Крестами? Последний вариант был наиболее вероятен. Это бы сделало Генриха королем резервации среди людей. Так, неужели это шах и мат?

«Нет, — тряхнул головой Леман. — Это не шахматы. В жизни выход есть почти из любой ситуации»

Послышались три быстрых стука в дверь, и солдат прекратил раскручивать нож. Убрав его в ножны ловким движением руки, он бросил холодное оружие на стол и впустил в свое жилище Рику.

Не говоря ни слова, она вошла широким уверенным шагом. Закрыв за своей гостьей дверь, Леман последовал за ней и встал рядом, напротив широкого окна, с которого открывался прекрасный вид на горящий ночными огнями город.

— Так, что случилось? — спустя несколько секунд спросила она. — Это как-то связано?..

И Черный Крест поведал ей все от начала и до конца. Остановившись на том моменте, как его вывели из казино, он замолчал. Леман не смотрел на Рику, но чувствовал исходящее от нее напряжение. Секунды шли, словно минуты, но он молчал, дожидаясь ответа.

— Я с тобой, — наконец-то вымолвила она, и Леман удивился.

Ведь он даже не попросил ее о помощи, а просто ввел в курс дела.

— Так просто?

— Да, так просто, — Рика и посмотрела на Лемана. — Во-первых, это дело касается и меня. Если ты напортачишь, меч опуститься на мою шею так же, как и на твою. А во-вторых, не могу же я тебя, дурака, бросить.

Вглядевшись в глубины глаз подруги, солдат не увидел в них того, что видел у Киры, но разглядел нечто иное… безусловно другое, но не менее прекрасное. Глаза — поистине отражение души, в особенности женской, ибо у них она всегда цела и прекрасна. Леману эта находка одновременно и понравилась, и нет. С Кирой он всегда чувствовал себя чем-то инородным. Словно лев, который влюбился в антилопу. А Рика… с ней все было бы намного проще, но от этого ничуть не хуже. Она — львица, она его вида. Солдат не думал, что любит ее, но, несомненно, что-то все-таки было. Теперь он это увидел.