Решив, что «не мытьем, так катаньем», я встретилась глазами с Драганом и кивнула в сторону Наринэ. Но все предпринятые нами попытки подобраться к ней рухнули. Пресекая малейшие намеки поползновений в сторону девушки, берсерк только еще сильнее зверел.

Кулаком разнеся в щепки изящную консоль – последнее, что осталось в номере из мебели, он отшвырнул Горана, потерявшего сознание от удара головой, и с кинжалом в руке двинулся на раненого Ковача.

Сердце тоскливо сжалось – все было на волосок от того, что я видела, сжав детскую ладошку этого богомола.

Моя попытка помочь успехом не увенчалась. Подставившись под кинжал, я не остановила, а лишь замедлила его. Крутанув клинок в моей груди, он резко дернул рукоять из стороны в сторону, словно рисовал букву «z».

Органы грудной клетки, по ощущениям, превратились в кровавую кашу. Не в силах вдохнуть, я повисла на его руках, лихорадочно пытаясь найти силы совладать с животным страхом, скрутившим душу, и непереносимой болью, пожиравшей внутренности.

Нико атаковал берсерка, собрав, очевидно, последние силы, чтобы отвлечь от меня. И ему удалось. Тот выдернул кинжал, попросту стряхнул с рук мое тело и двинулся на Ковача, который балансировал на одной ноге, пока вторая, поломанная в трех местах, срасталась.

Меня замутило, рот наполнился кровью. Каждый вдох раздирал изрезанные легкие взрывом адской боли. Хрипя, я попыталась доползти до Драгана, но тело налилось такой тяжестью, что мне даже сдвинуться с места не удалось. Оставалось молча смотреть, как богомол получает кинжал в сердце и без признаков жизни падает рядом со мной.

Повинуясь неясному импульсу, я влила свою кровь ему в рот  – благо из раны на моей груди она лилась ручьем – в том числе и на него. Не знаю, на что рассчитывала – думать времени не было, оставалось целиком и полностью довериться инстинктам.

Картинка перед глазами начала выцветать.

– Только не сейчас! – взмолилась я, пытаясь подняться.

Руки дрожали, битое стекло впивалось в ладони, но у меня не было времени, чтобы обращать внимание еще и на эту боль.

С кинжалом в руке берсерк направлялся к Драгану, который еще был без сознания.

Собрав остатки сил, я выплеснула их в неистовый крик и рухнула на пол.

Последним, перед тем, как свет погас, удалось увидеть, как Горан, очнувшись, бросился ко мне.

Когда я пришла в себя, кошмар продолжился.

Дизайнерский интерьер номера превратился в декорации удавшегося мальчишника. Ковач лежал рядом, залитый моей кровью, и не шевелился. Но дышал. А вот глава клана срочно нуждался в помощи. Одной рукой берсерк пробил его брюшину и жадно шарил внутри, направляясь к сердцу. В другой руке он держал наготове кинжал.