– Перехотела. – Раздраженно пробормотала я. Мысли о крови не шли из головы. – И не надо сверлить таким взглядом!

– Саяна, мне не 30 лет. – Горан поставил свой бокал на стол. – 300-летнему санклиту нет необходимости теряться в догадках, знаешь ли. Я заметил новые босоножки. И прекрасно помню, что из дома ты вышла в желтом платье, а вернулась в голубом. И его в твоем гардеробе не было до сего дня. Продолжать?

– Что ты от меня хочешь? – прошипела мисс Хайд. – Может, отчет в письменном виде предоставить?

– Ты на нервах, понимаю. Но зачем ты так со мной, родная? Хочешь срывать на мне злость, усталость, вымещать плохое настроение – пожалуйста, все стерплю, сама знаешь, и слова не скажу. Но не доверять, обманывать и… – мужчина отвел взгляд. – Не надо так со мной.

– Ты прав. – Со вздохом поражения признала я. – Прости.

– Прощаю. Доверься мне, жизнь моя.

– Уверен?

– Чего ты боишься?

– Честно? – мне с трудом удалось сдержать слезы. – Того, что расскажу и пожалею потом об этом. Боюсь вновь получить мордой об стол. Снова разочароваться в тебе боюсь – это очень больно, знаешь ли. Понять, что ты не изменишься, что это лишь иллюзия, которая имеет место быть лишь в моей голове. Я безумно устала от этого, Горан. Ты слишком часто так поступал со мной. И мне не забыть ту боль.

– Знаю, родная. – Тихо ответил он. – Ты права. Тебе сложно довериться мне, и это целиком и полностью моя вина. Все, что произошло с нами – из-за того, что я из страха за тебя… – его голос дрогнул.

– Горан, не надо.

– Надо. Саяна, не будь я таким упертым идиотом, что до дрожи боится потерять любимую, ты не побоялась бы прийти ко мне насчет Коцита. Мы все обсудили бы, придумали план, как спасти детей. И все кончилось бы хорошо. Любимая, ты заплатила за мои ошибки жизнью! Я никогда себе этого не прощу! Вечно буду молить о твоем прощении! И, поверь, никогда не поступлю так с тобой вновь!

– На нас сегодня напали, обстреляли из двух машин, мне попали в бедро, Ковачу в плечо, Спиро в грудь. Девчонок тоже ранили. – Скороговоркой вылетело изо рта. – Поэтому новое платье и туфли. Кто и зачем, не знаю… – горло сжал спазм. – Так устала! – прошептала я.

– Родная! – хорват подхватил меня и крепко прижал к себе.

– Что им всем от меня надо?! – прорыдала я. – Сколько можно?.. Когда уже это все закончится! Сил никаких нет! Горан!

– Жизнь моя! – он еще сильнее обнял меня.

Порядком намочив рубашку на его груди слезами, опустошенная, я отстранилась.

– Прости. У ангелов тоже бывает ПМС.

– И ты еще шутишь! – Драган усадил меня обратно на стул и присел рядом на корточки, грея мои ледяные ладони в своих огненных.