– Так тебе и надо, тварь злобная! – мисс Хайд удовлетворенно кивнула, наблюдая, как он выковыривает из глаз щепки и пытается выползти из-под куска потолка. – Горан, где зеркало?

– Сейчас, родная. – Хорват оттеснил меня от демона. Аспид бросился к сестре, которая качалась, но все же стояла на ногах.

– Не получишь! – прорычал Баал, вновь вытянув вперед руку.

В спальне что-то загрохотало.

– Нет! – взвизгнула демоница, бросившись туда. Я едва успела перехватить ее и прижать к себе, чтобы уберечь от столкновения с раритетом, который выскочил в гостиную. Как надоели уже все эти спецэффекты!

– Попрощайся с родителями! – демон выбрался из-под обломков и сжал пальцы в кулак.

Поверхность зеркала скомкалась, как лист фольги. Баал ощерился и повел пальцем в сторону Гайи. Шурша, мельчайшие осколки прыгнули на девушку, впиваясь в тело. Она закричала, падая, но когда крошки забрались внутрь, крик затих. Остались лишь глаза. Полные ужаса и во всех смыслах нечеловеческой боли.

– Гайя! – Аспид метнулся к девочке, но я встала между ними, доверившись вибриссам.

– Тебе нельзя к ней прикасаться!

– Тебя я тоже уничтожу, адский Ангел! – наслаждаясь ее страданиями, прошипел Баал.

– Это мы еще посмотрим. – Мисс Хайд подняла с пола бутылку с водой, крутанула крышку и опустила туда крестик Георгия, не снимая с цепочки. Затем осторожно зашла за спину мерзавца, пользуясь тем, что один глаз у него моими стараниями не видел, обхватила за шею, наступила на хвост и запрокинув демону голову, с размаху сунула в рот бутылку.

Освященная вода хлынула Баалу в глотку. Захлебываясь, он взвыл, словно его раздирали изнутри, как иронично, демоны, сбросил меня и закружился волчком. Кровавая пена шла изо рта, когти царапали шею, хвост выбивал по полу бешеный ритм. Вой перешел в поросячий визг. Неровно мигая, в воздухе зазмеилась трещина в ткани бытия, в которую демон, пятясь, упал, дико вращая единственным глазом.

– Ванну наполняйте водой, живо! – скомандовала я, когда разлом исчез. – Гайя, смотри на меня! Тебе больно, очень, знаю! Я помогу. – Ее мучения кислотой хлынули в меня, заставив захлебнуться страданием. – Чувствуешь? Боль уменьшается. Держись. - Стараясь не орать от боли из-за осколков, которые будто вгрызались в плоть, я подняла девочку. Горан и Аспид перенаправили в джакузи все потоки воды, какие смогли.

– Держи. – Я сняла с шеи цепочку с крестиком и кольцом, и надела на шею Драгану. – Головой отвечаешь мне лично за это!

– Понял, родная.

– Принеси простыню и покрывало, быстрей! – когда он вышел, я опустилась на дно, прижимая к себе дрожащую демоницу, и одним из осколков полоснула по сонной артерии. Так радикально мне никогда действовать не приходилось, но крови нужно было много и сразу – девочка уже умирала от болевого шока, несмотря на то, что я оттягивала часть мучений на себя. Спасибо, Господи, за высокий болевой порог!