Тэя нетерпеливо посыпала мелким песочком на бумагу, чтобы чернила не расплылись, стряхнула и принялась внимательно изучать.

— И ты помнишь всю книгу наизусть? — спросила она.

— Конечно, — не без гордости заявил я и даже нос задрал едва не к потолку. — Там дальше ещё два десятка разных символов. К примеру, один «заглушает» пространство, не даёт одарённым использовать силу. Второй не позволит выбрать вас в качестве цели для применения любого точечного умения. А с помощью третьего можно раздавить противника, как самый мягкий и сочный фрукт, невзирая на его силу, пусть даже это будет царь светлоликих. Последний — самый могущественный, но там нужно знать какую-то пятую молитву, чтобы направить силу голоса против врага, но в книге о ней нет ни слова.

— И рисунок можешь в точности воссоздать?

— Обижаете, — я бросил перо в чернильницу.

Насчёт последнего я не врал, но, чтобы добиться подобного, тренировался под руководством Беаты несколько лет. Каждый символ, найденный в старых книгах, рисовал несколько сотен раз, пока не получалось правильно. Всякую ерунду помнил плохо, но вот полезные и великие символы мог начертить, даже если меня посреди ночи разбудят.

Верховная засуетилась, прошла к двери, затем вернулась, чтобы поставить книгу обратно на полку, снова направилась к выходу и остановилась.

— Яви силу голоса, — попросила она.

— Зачем?

— Прекрати задавать вопросы и просто делай, что говорят, — сказала она, как строгая наставница.

— Значит, Вы берёте меня на работу в храм? — заулыбался я, даже потёр ладони. — Но только не одного, а вместе с сестрой Зои.

— Она тебе такая же сестра, как я родная тётя, — отмахнулась верховная. — Хорошо, пусть остаётся, не смотри так. Храм не место для посторонних, ты это скоро и сам поймёшь. А теперь давай, яви силу голоса. Ты делаешь это без нужного символа на спине, значит, сил должно хватить.

— На что? Хорошо, хорошо. У меня просто практики не было, поэтому плохо получается.

Пространство вокруг слегка завибрировало. Можно было увидеть, как по поверхности чернил в баночке побежали круги.

— Отлично, — она кивнула. — Пойдём. На работу я тебя беру, но ты должен запомнить и выполнять несколько правил. Это храм, а не гильдия наёмников или что-то ещё, что может прийти в твою голову. Здесь даже Император говорит вполголоса.

Она сделала приглашающий жест к выходу из кабинета. Поправив накидку и пояс, я вышел следом за ней в коридор.

— Правила простые, — сказала Тэя. — Голос без разрешения не повышать, с молодыми послушницами не заигрывать, беспрекословно слушаться… только меня, но и старших жриц не сердить, если они что-то попросят сделать. И не ходи по храму, а то случайно зайдёшь в спальню или купальню жриц, и они прибьют тебя ненароком.