У данной идеи было множество недочетов: кто-то мог пролетать мимо, миссис Барлоу могла заприметить висящий над ее домом шар и тому подобное, но, как и говорилось, день полный тревог оставил на констеблях свой отпечаток. Они подняли шар, дважды проверили, надежно ли закреплены швартовочные тросы. И, пожелав гремлинам неспокойной, тошнотворной ночи, удалились на долгожданный и заслуженный отдых.

Каково же будет их отчаяние и досада, когда утром они обнаружат, что ни шара, ни гремлинов на месте нет. Правда, они и предположить не могли, что именно произойдет…

После того, как Бэнкс с Хоппером удалились, гремлины в корзине недолго продолжали выть и канючить.

- Ну что, эти болваны уже утопали?

- А мне почем знать!

- А ты повернись и выгляни!

- Эй, кто там ближе всех к дырке в борту! Стоят там эти двое, зыркают на нас?

Чье-то ворчание со дна сетки сообщило: «Кажется, из меня сейчас все вылезет наружу!».

Другое ворчание пригрозило: «Только попробуй!».

И третье ворчание подтвердило: «Всё! Утопали!».

- У кого там ногти самые острые – режьте сетку!

Спустя пару минут гремлины освободились.

- Чур, я буду капитаном!- заявил один из них – тот, который велел резать сетку.

- Нет, я буду капитаном!- принялся спорить другой.

Еще полчаса гремлины выясняли, кто станет капитаном их воздушного судна. Победил Гверкин с горбатым носом, а Дрёммин с острым подбородком был назначен старшим помощником. Их животы были не так сильно раздуты, как у их товарищей по несчастью (ох, уж это несчастье переедания!).

- Тогда я буду картографом!- заявил еще один гремлин – с выпученными глазами. С этим никто не спорил: с бумажками возиться? Нет уж, увольте!

- Перегрызи трос, Брумкин!- велел новоявленный капитан.

- Вот сам и грызи…- отозвался один из гремлинов,- я уже просто не могу есть.

- Никто не заставляет тебя есть – просто грызи и выплевывай!

- Но у меня даже челюсти не шевелятся, так я их перетрудил…