Плечи главаря банды поднялись под мантией, затем опустились.
– Я? Вообще ничего. Все это ты делаешь сам.
Хоппер снова попытался пошевелиться, в этот раз ему удалось слегка покачать кресло из стороны в сторону. Не понимая, что его держит, он посмотрел вниз. Оглянулся через одно плечо, затем через другое. У дверей – в некотором отдалении – стояли Лерой с Рубеном и бесстрастно смотрели перед собой.
– Ты был прав.
Хоппер развернулся лицом к своему мучителю. Святой Иоанн кивнул.
– Про Вьетнам. Так вот, там был ад. Ты согласен со мной, Джим?
Хоппер ничего не ответил.
– То, что мы делали там, – продолжил Святой Иоанн, – то, что
Хоппер глубоко вдохнул через нос и кивнул.
– Какая-то тайная операция? Я слышал разные истории о том, как ЦРУ проводило эксперименты на солдатах – с использованием наркотиков и всяких таинственных штук. Ты был частью этого?
– Меня использовали как подопытную свинку. «Проект Нуль» – так они это называли. Мне объяснили, что из меня хотят сделать идеального солдата. И я им поверил. Думал, что выполняю свой долг. В начале я ничего не понял, но по крайней мере не умер. Кажется, их это удивило. Что бы они ни делали, что бы ни испытывали на мне, но меня это не убивало. Других, конечно, убило. Но только не меня.
Хоппер вздохнул.
– Мне очень жаль.
Святой Иоанн снова медленно пожал плечами.
– Не стоит. Я выжил. Я стал сотрудничать. В конце концов я присоединился к исследователям и стал делать с другими то же, что раньше делали со мной. Я помог им наладить эксперименты, помог усовершенствовать процесс. – Он улыбнулся. – Мы хорошо поработали. И я многое узнал о том, как работает мозг. – При этих словах он постучал себя по виску. – Здесь – всего лишь химия и электричество, ты в курсе? Ум и душа – не более чем иллюзии, побочные эффекты, возникающие в супе из нейромедиаторов[52], гормонов, химических реакций и нервных импульсов. И все это прямо сейчас кипит внутри наших черепов, делая нас теми, кто мы есть. Заставляя нас мечтать. Заставляя нас