Мортарион оглядел мостик «Четвёртого всадника». Это был славный корабль, славный и жестокий. «Всадник» сослужил примарху добрую службу на Галаспаре, и это само по себе было уроком, хотя осознание данного факта пришло к нему только сейчас.

— Да! — сказал Мортарион. — Моя решимость была испытана и отточена. Абсиртус знаменует собой конец дискуссии.

— С кем, милорд?

— С самим собой. И с остальными. — «Дискуссии, — подумал он. — До чего же неверное слово». — Тебя не было на этой самой дискуссии, Кинис. Она началась во время моего возвращения на Галаспар. — Челюсти примарха сжались от гнева, столь же свежего, как и в тот день, когда это произошло. — Моего триумфального возвращения, — примарх буквально выплюнул последние слова, и каждый их слог сочился ядом.

Глава 1

Глава 1

Год назад

На борту боевой баржи «Коса жнеца»

Мортарион шагал по коридорам корабля, и члены экипажа спешили убраться с его пути, словно птицы, спасающиеся от бури. Он только что вернулся на борт и держал путь из ангаров к своей каюте. Примарх остановился на мостике, чтобы дать краткие инструкции капитану корабля, и «Коса жнеца» направилась по новым координатам, оставив позади остальные флотские силы Гвардии Смерти. И теперь, пока Мортарион ступал, перед повелителем XIV легиона расступалась тишина, а за ним тянулся шлейф тревоги. Он был холодным гневом и обещанием смерти, что проносилось сквозь мрак сводчатых залов его флагмана. Даже сыновья Четырнадцатого примарха знали, что в эти минуты лучше не приближаться к нему. Все они видели гром на его бледном челе, и потому предоставили ему возможность оставаться во власти ярости.

Все, за исключением Каласа Тифона. Он последовал за Мортарионом с самого мостика. Примарх знал о том, что Калас движется в паре шагов позади. Тифон уважал гнев Мортариона, но вместе с тем сохранял настойчивость. Наконец, у дверей в свои покои Мортарион остановился и обратился к воину.

— Задавай свой вопрос, — сказал он. Они были одни. Голос Мортариона отразился эхом от белых, словно кости, колонн, которые торчали подобно рёбрам гигантского зверя вдоль всего главного коридора.

— Почему мы возвращаемся на Галаспар, милорд? — спросил Тифон.

— Потому что этого хочет Император.