— А голос? — уточнила волчица: — Я видела, как вы переговаривались.

— Тут надо отдать должное Толику. Он смог вывести звучание диктофонов на новый уровень! А также — уменьшить их размер. — ответил я: — Через такой диктофон воспроизводились заранее записанные фразы Соньки и наш кадавр разговаривал.

— Обалдеть! — восхищённо воскликнули девчонки.

— Поэтому — мы все сегодня большие молодцы! И теперь имеем полное право немного отдохнуть. — я взглянул на часы: — Время — половина восьмого! Как раз успеем заехать в какое-нибудь модное местечко.

— УРА-А-А-А!!!

* * *

После ресторана и завоза Соньки в парк (её новое пристанище), мы наконец-то вернулись в общагу. Толик молча махнул мне рукой, и устало провалился в комнату. Я его прекрасно понимал, ибо тоже чувствовал усталость. Приятную усталость, смешанную с удовлетворением.

Устинья и Рудольф сперва хотели сразу же лечь спать, но вдруг, о чём-то зашушукались. Хихикают… опять поди задумали какую-нибудь нелепую шутку. Однако я так вымотался за сегодня, что разбираться просто не хотелось. Вытащив из полки новые журналы, я вручил их Тяпе, Растяпе и Заунывычу, а затем направился в ванную комнату.

Сонька официально мертва, дракон больше не будет со мной шутки шутить, да и Охранка наконец-то успокоится. Теперь всё своё внимание можно перекинуть на скорое открытие квест-румов… Ох, как я мечтаю, чтобы всё прошло хорошо и без лишних проблем.

Простояв десять минут под струями горячей воды, я наконец-то вышел в спальню и заметил, как Устинья и Руд, в образе зверушек, притаились на кровати. Их взор был устремлён на дремлющую на столе Злову.

— Только давайте без военной тематики. Вы не замечали, что ей от этого плохо? — поинтересовался я.

— Не-не, мур-мя! Всё путём. — хитро ответила кошка, положив мордочку на передние лапки: — Не переживай, Вкусняш. Мы же по любви…

— Ага, по любви они. — хмыкнула волчица и нагло завернулась в моё одеяло.

Подойдя к кровати, я вытащил Лину и отпихнул к стенке. Что забавно — когда я начинал отпихивать её в сторону или отбирал одеяло — волчица начинала тихонько поскуливать. Так тихо-тихо… Можно сказать — едва заметно.

— Зловеня… — ласково прошептала Рудольф: — Просыпайся, золотце! У тебя там гость скоро придёт.

— Уху?! — сова кое-как разлепила огромные глаза и тут же замерла. Казалось, что в её душе что-то треснуло в этот момент.

Из-под перьевого подола выкатилось белое яйцо. Красивая птица явно не понимала, что происходит и с ужасом косилась на совершенно внезапный объект.

И, возможно, немая сцена так и продолжилась бы, но лиса вместе с кошкой тут же захохотали и принялись кататься по кровати.