— Какое принесли, видно, камень решили продать отдельно, — пожал плечами торговец.

— Без рубина это кольцо стоит копейки, — хмуро сообщила Фиона.

— Явно меньше портального камня, — поддержала её Алла.

— Нет у меня вашего камня, нету! Без него принесли! — в отчаянии заявил Даниир, выуживая из другого кармана несколько драгоценных камней. — Всё, что есть!

— А тебе сильно хочется покинуть город, да? — глядя на несколько изумрудов и один сапфир, поинтересовалась жрица.

— Нах-хрустан этот город и эту войну.

— И вы это вправду та грёбанная Семёрка, которую ловят все? — презрительно удивился Хельмехунд. — Контрабасы и трусы?

Даниир посмотрел на него с непередаваемой ненавистью.

— Мы вообще не имеем к этим диверсиям отношения! — возмутился он. — Нас подставили!

Звучало вполне разумно и вполне стыковалось с тем, что рахетийцы и ранее весьма часто прибегали к принципу «разделяй и властвуй».

— Кажется, я понимаю, почему вы хотите свалить, — вздохнув, заметила Фиона и наконец определилась с выбором. — Сапфир. Из этого набора он наименее убогий.

Обменявшись ценностями, группа осторожно, внимательно следя за окружающими, двинулась на выход. Пироманьяк так и вовсе периодически тряс своей «гранатой», намекая, что шутить с ним не стоит. Дворф-охранник им не мешал, хотя и следил за ними более чем настороженно.

Лишь когда за группой с лязгом закрылась дверь, она облегчённо выдохнула. Хельмехунд сразу же, презрительно сплюнув, откупорил «гранату» и, капнув жидкость себе на ладонь, принялся ею что-то размашисто писать на стене.

— Ты чего делаешь? — с опаской вытаращилась на него Фиона. — Оно… оно разве не должно рвануть?

Пироманьяк ничего не ответил, лишь бросил на неё насмешливый взгляд и продолжил выводить слово «ЛОХИ».

— Хельм никогда не носит при себе то, что может непроизвольно взорваться, — объяснила за мужа Алла.

— Из-за проблем с законом? — попыталась угадать жрица.

— Неа, снарягу жаль каждый раз терять.

— Это грёбаная обычная флуоресцентная краска, — внёс ясность в происходящее пироманьяк. — Удобная штука, когда тебе постоянно приходится работать в грёбаных шахтах. Во! — самодовольно воскликнул он, поставив в конце восклицательный знак. — Ляпота!

— Вандализм как он есть, — иначе оценила художества Фиона. — Давайте выдвигаться, нам ещё к ювелиру зайти надо.