— И срочно увидеть утконоса!

Отогнав их одним своим видом, возвратилась Ноа, которая принесла мне кружку с чем-то дымящимся внутри.

— Мммм?

— Нет, сама сделала, — верно истолковав моё мычание, ответила Кейтлетт. — Пей давай, ты мне нужен.

Кофе буквально вернуло меня к жизни, причём меньше чем за минуту. Оно наполнило силой мои руки и заставило шевелиться шестерёнки мозга со скоростью, отличной от нуля. Ноа тем временем старалась сделать всё, чтобы испортить мне возвращение к жизни — рассказывала новости.

— Противник уже строится. Как ты и думал, свои лучшие части они расположили на холме.

— Я бы тоже некоторые свои части сейчас расположил… — Мне очень понравилась её формулировка.

— Отдай немедленно кофе! — разозлилась Ноа. — Мне больше нравилось, когда ты мычал.

— Не отдам мою прелесть! — бросился я на кружку, будто той и вправду что-то угрожало. — Что там ещё про их лучшие-худшие части?

— Уже же сказала: они на холме. Шахту никто не заметил. Подрывники готовы по первому сигналу и всё в этом духе. Ты, кстати, уверен, что этот твой «сигнал» справится?

— Конечно! — я нисколько не сомневался в Миюми.

— Рор, она кофе не может нормально приготовить, — напомнила Ноа.

— А я не умею вязать, — возразил я. — Уже пора сдавать погоны?

— Ты невыносим, знаешь об этом?

— Угу. Ведь я сижу и пью кофе, выносить меня ещё рано.

Перед ответом Кейтлетт некоторое время раздражённо молчала. Наверное, она была единственным человеком, который умел выражать эту эмоцию без каких-либо слов или жестов.

— Кстати, благодаря тебе и твоим идеям мы остались без пороха, — вдруг вспомнила Кейтлетт.

— Всегда пожалуйста! — моё лицо расплылось в самодовольной ухмылке.

— Это был не комплимент, идиотина! — взвилась пуще прежнего Ноа. — Солдатам нечем стрелять, Рейланд.

— Ух, хорошо! — залпом допив напиток и ощутив, что готов свернуть горы или кому-нибудь шею, сказал я, поднимаясь. — Если они настоящие патриоты Риверкросса, то найдут способ выстрелить и без пороха.